Осознав, что мы покинули «Мстящий», я испытал двойственное чувство – облегчение от того, что удалось спастись от бешеной парочки Оскал-Ивил, и одновременно сожаление, что не вышло помочь Заку. Но несколько прежних стычек убедили, что мы находимся в разных весовых категориях с Техномантами. Конечно, можно было рассчитывать на помощь экипажа рейдера, но я не мог даже предположить, каков расклад сил в лагере Одержимых.
Наверняка у Айсберга тоже есть союзники на борту, иначе он не начал бы эту бойню. Убил ли «Бич Пустоты» Арахну или черная броня защитила ее, подобно тому, как Доспех спас меня под Энджело? Что с Хирувимом и Заком? Вряд ли я теперь скоро узнаю, чем закончился этот инцидент.
Хотя… судьба порой выделывает прихотливые пируэты.
Мико: Грэй, я подключилась к системе управления капсулой. Здесь есть возможность отключить автоматику и подрулировать самостоятельно. Вывожу на экран…
Внутренняя поверхность торпеды внезапно посветлела, став прозрачным обзорным экраном. Мы неслись куда-то вниз по пологой нисходящей траектории, оставляя за собой огнистый след.
Зоркая Мико подсветила мерцающий полупрозрачный силуэт «Мстящего», хорошо различимый на фоне облаков. Корвет вроде бы разворачивался вслед, но наша спасательная капсула стремительно удалялась, разрывая дистанцию.
— Мико, какой радиус полета этой штуки? Можем приземлиться поближе к гнезду руха или Монолиту?
Мико:Нет, это… Мы под обстрелом! Маневр уклонения!
От корвета вслед за нами отделилась яркая точка, внезапно развернувшаяся широкой пылающей сетью, вспыхнувшей сзади.
И прежде, чем мы успели испугаться, она упала на нас.
Мимо с жутким визгом пронеслись огненные колеса. Какую-то долю мгновения я верил, что повезло, зенитные системы «Мстящего» промахнулись, но увы, чуда не случилось.
Взрыв, скрежет, сотрясение!
Невероятной силы удар оторвал нам заднюю часть вместе с хвостовым оперением, потерявшая управление капсула закрутилась как юла, стремительно пробивая облачный слой.
Мгновение – и мы на краю смерти! Оболочка капсулы с треском лопнула, напор ворвавшегося ветра жадно потащил наружу.
Спасла теснота – я вцепился в Алису, она в обшивку, да так, что металл и сверхпрочный пластик заскрежетали, прогибаясь. Кажется, мы орали, но за свирепым ревом падения ничего не было слышно.
Земля и небо ежесекундно менялись местами. Внизу стремительно мелькало нечто коричнево-зеленое, горы, леса, а потом вдруг вокруг все резко, внезапно потемнело.
