Больно…
Мико: Видимо, она пытается объяснить, что из-за неконтролируемых азур-мутаций ее тело стало не совсем… человеческим. Чужеродные Гены изменяют облик и калечат психику. Алиса уже не человек. Скорее всего, она безумна.
— Чем я могу тебе помочь?
— Система Стеллара. Вернуть. Вернуть Ричи, — чуть слышно произнесла она, неотрывно глядя мне в глаза.
Я все понял. Она страдала, не в состоянии управлять своими генетическими модификациями. Из объяснений Мико стало ясно, что Инки-изгои под действием поглощаемой Азур спонтанно изменяются, трансформируясь случайным образом.
Не в состоянии умереть, обреченная бесконечно регенерировать, Алиса могла только бессильно наблюдать, как все больше превращается в азур-чудовище. Для человека это мучительный процесс: осознавать, как становишься зверем.
— Ты хочешь вернуть систему управления организмом, интерфейс и когитора? — медленно, взвешивая каждое слово, спросил я. — Но ты же сама сказала, что Стеллар – враг?
— Да. Да. Стеллар… — она опять злобно зашипела. — Поймешь.
Стеллар. Тьма. Плохо. Плохо. Тело. Нужно тело. Новое. Заново. Человек. Как ты. Понимаешь?
— Понимаю. А это возможно – вернуть тебе систему?
— Да, — кивнула она. — Задания Стеллара. Выполнять. Много. Вместе. Ты. Я. Боевая группа. Понимаешь?
Мико: Инкарнатор, она надеется обратить процесс психических изменений, заполучив новое тело-носитель. Чтобы инкарнировать заново, ей нужно вернуть базовый интерфейс, а для этого необходимо «отмыться», искупив свои взыскания поощрениями. Способ только один – выполнение системных заданий.
Она предлагает тебе создать с ней боевую группу. Формально это возможно – иначе изгои не могли бы искупить свои грехи. Награды системы Стеллара, полученные в составе группы, делятся на всех участников; кроме того, ты сможешь выполнять более сложные задания.
— Что ты думаешь?
Мико:Мотивация мне понятна. Моя оценка – непредсказуемо высокий уровень риска. Тем не менее нам стоит согласиться, в случае отказа она, с высокой вероятностью, просто прикончит тебя.
Алиса не отводила взгляд. В нечеловечески ярких миндалевидных глазах читалось требовательное ожидание, затаенный страх и… надежда? Возможно, впервые за много лет она встретила кого-то, действительно способного ей помочь.
— Я готов тебе помочь. Но мне тоже нужна помощь. Надо добраться до ближайшего ретранслятора, — медленно произнес я. — Дать знать об Одержимых. Поможешь?
— Да. Связь. Помогу. Но сначала ты, — фыркнула она в ответ. — Боевая группа. Сделай. Первый.
