При этом мне нужен человек, которому я не просто доверяю. А даже не думаю про это. Понимаешь?
Даяна некоторое время думала. А потом свела сурово брови, стукнула себя по груди кулаком.
– Да, милорд, – торжественно произнесла она. – Я приложу все силы!
– Ну, и еще ты мне нравишься, – усмехнулся Ари, посмотрев на девушку. – И мне гораздо приятнее будет видеть рядом тебя, а не какого-нибудь мужика. А ты будешь рядом всегда. И это, Дая…
– Милорд? – тут же ответила девушка.
– Ты так по груди больше не стучи, – с притворным неудовольствием произнес Аринэль.
– А то синяк еще будет. А это моя собственность, не надо чтобы на ней синяки были.
– Да… – девушка ожидаемо густо покраснела и опустила взгляд. – Милорд.
В этот момент откуда-то из кают донесся приглушенный, но вполне отчетливый, сладострастный женский стон.
– Вот же… влюбленные, – усмехнулся Ари. – Тут судьба Империи решается, а им все похрену. Это же вроде из каюты Эди?
– Мама! – на палубу вылетела Талия (леди Аванти с ними ехали. Ну, и дети тоже, понятно).
– Это уже просто глупо!
– Талия! – донесся вслед строгий оклик.
– Я в особняке спала отдельно, хватит! – рявкнула девушка и бабахнула дверью.
Аринэль вздохнул и стал расстегивать шинель. Свою. Потому как некоторые злые девы выскочили на палубу в одном платье.
– Ари? – Талия удивилась и смутилась, увидев их.
Аринэль взял шинель перед собой, приглашающее встряхнул. На губах девушки появилась улыбка. А потом она вскинула подбородок и красивой походкой двинула в их сторону.
– Вы так любезны, эр, – произнесла Талия, когда Аринэль накинул ей шинель на плечи.
– Могу ли я рассчитывать на вашу любезность и дальше?
– Несомненно, госпожа, – Ари украдкой хлопнул девушку пониже спины. – Несомненно.
Глава 2
Что есть магия? Этим вопросом задавались, наверное, все одаренные и во все времена. Очевидно, что маги до Войны, знали более точный ответ на этот вопрос. Если бы мы его знали в той же мере, то были бы равны им.
Именно оттуда, из глубины веков, нам досталось эта традиция, с делением одаренных на направления.
Сейчас уже нам совершенно очевидно, что это деление – своего рода предрасположенность. Такая же, как, например, у гончаров. Кто-то лепит кувшины, кто-то тарелки. И у первых кувшины получатся не в пример лучше, чем тарелки. Но по сути, они работают с одним и тем же материалом – глиной.
Но вместе с тем, дар – это не глина. В том смысле, что это не настолько просто. Дар применяют разумные. Каждый разумный сам по себе сложная система.
