Потом они вылезали из постели только чтобы поесть. Бурбон, которого в спальню не пускали, чтобы не мешал, орал под дверью, испуганно дёргая ушками от пронзительных воплей, что доносились из-за двери.
— Меня раньше так сильно твоя волосатая грудь раздражала. — призналась Бандерлогу Алеся во время их краткой постельной передышки. — Теперь всё также раздражает, но уже меньше. Может, удалим тебе волосы воском? Ещё красивее будешь!
— Я и так красивый, все внимание обращают. Одна Стерва так вообще в сексуальное рабство взяла.
— усмехнулся Назар.
— Ещё скажи, что тебе в нём не нравится?
Алеся переместилась на Бандерлога сверху и начала целовать в губы, радуясь, что его щетина больше не колется.
Если бы бандерлоги умели мурлыкать, Назар бы это делал прямо сейчас, уж очень Алеся приятно целовала его в шею, а потом в волосатую грудь, которая ей, оказывается, не нравится. Но когда её язык достиг пупка и двинулся ниже, он встрепенулся:
— Ты что это делать собралась, Стервозинка?
— Ты что оральный девственник? Не знаешь, что женщины не только могут языком болтать? — усмехнулась Алеся, приподнимая голову.
Назар неожиданно сбросил с себя женщину, соскочил с кровати, держась обеими руками за причинное место, которое ему было очень дорого.
— Ты чего это, Бандерложик?!
— У тебя же это, как его?! Защемление челюсти было? Тебе же нельзя рот широко открывать! Даже не думай около меня на коленях ползать, змеюка! Отползай давай, подальше! — ворчал Назар, надевая трусы от греха подальше.
— Я же пошутила тогда, всё у меня нормально. Ложись обратно, быстро! — нетерпеливо похлопала по кровати ладошкой Стерва.
— Так я тебе и поверил, ага!
— Бандерложик, ты мне в карты проиграл, а карточный долг — дело чести. Давай блюди мужскую честь — ко мне, вперёд в кроватку!
— Алесь, я устал, ну, честное слово, ты меня заездила. Может, на работу сходишь, а?
— Неа, давай-ка чеши сюда, раз устал одним местом, у тебя есть руки и рот — не зли меня, милый, иначе утром проснёшься, а у меня во рту кое-что твоё будет.
Как бы от страха не умер.
Назар закатил глаза, устало вздохнув, он всё же вернулся к своей Стерве обратно в рабство, раз женщина требует — нельзя отказывать. Алеся довольно улыбнулась, гладя лысую голову Бандерлога у себя между ног, всё же сексуальные желания должны сбываться, у неё вот сбылись, пора мечтать о чём-то другом.
* * *— Ты сегодня за старшую, у меня здесь ещё дела, так что следи за ним! — шепнул Филин, проходя мимо.
