Онлайн-библиотека книг
Думается мне, после сегодняшнего вечера вам долго не захочется играть в эти игры в прежнем составе… Потом можете написать оперу. – Он мотнул головой в сторону райотдела. – Вот где посмеются господа менты, а если еще и в газеты попадет…
– Лика! – вскрикнул Толмачев.
Попытался ее удержать, но она уже спрыгнула с дивана, встала перед Родионом, придерживая на плече съехавшую простыню, сверкая глазами, разъяренная и прекрасная:
– Нет уж, второго раза не дождешься… Ты ноль, понятно? Маленький злобный ноль с вислым члеником, ничтожество шизанутое, завистливая бесполезная тварь… Я тебе устрою психушку в сжатые сроки, там тебе и место на всю оставшуюся…
ЧШШ-ПОК!
Пистолет дернулся в руке.
Толмачев рванулся к нему, рыча что-то.
ЧШШ-ПОК! ЧШШ-ПОК!
Кровь из шеи хлынула так, словно прорвало водопроводный кран. Родион отскочил, чтобы не испачкаться, смотрел, как зачарованный. Из-под неподвижного тела растекалась темная лужа, толстые мягкие ворсинки ковра тонули в ней, и Родион поймал себя на том, что прикидывает с азартом болельщика, скоро ли ширящаяся лужа достигнет Ликиной щиколотки… Где-то глубоко в сознании слышался беззвучный вопль, но тут же на смену минутной растерянности пришла прежняя собранность.
"Он посмотрел на лежащих холодным взглядом ремесленника. С Толмачевым все было кончено – кровь, полное впечатление, вытекла до последней капельки. Плечи Лики, казалось, вздрогнули.
Чужая сила водила его рукой, кто-то вновь управлял телом, вкладывая в мозг решимость и хладнокровие.
– Ну, вот мы и в разводе… – сказал он тихонько, не в силах избавиться от ощущения, будто кто-то проговорил это за него, пошевелил за него его губами.
Докурил сигарету до фильтра – неглубокими, неторопливыми затяжками.
