Онлайн-библиотека книг
Белье Лика обычно носила в частную прачечную, обосновавшуюся в соседнем доме, но иногда на нее нападали легкие приступы тяги к домоводству, «жажда опрощения», как она сама, смеясь, выражалась, – и тогда сама на скорую руку стирала, что подвернется.
В Зойкиной комнате работал телевизор, снова доносилась заокеанская мова с гнусавым дубляжом. Вздохнув, Родион совершил прогулку в туалет, критически обозрел поцарапанный живот – черт бы побрал ее брильянты, весь пуп изодрали! – и решил податься на разведку, непринужденно выяснить настроение противника, сиречь любимой некогда женушки, – просто так, от нечего делать, он не опасался никаких разборок.
Как и вся квартира, ванная была громадная, с высоким потолком – во времена товарища Сталина царили контрасты, либо бараки, либо размах и простор, третьего, кажется, и не было.
Вот только санузлы даже в роскошных по тем временам квартирах делали совмещенными, однако Раскатников-дед еще до появления Родиона на свет божий не пожалел денег и трудов, разделив капитальной стенкой собственно ванную и собственно сортир.
Бесшумно отворив высокую дверь, Родион просочился в ванную. На полу, кое-где заляпанном пушистой белой пеной, лежала груда простыней и рубашек, шумела машина, Лика, в любимом черном халатике с золотыми драконами, что-то старательно полоскала в ванне – работящая, домовитая женушка, глянет со стороны непосвященный, узрит идиллию…
– Явился, гуляка? – громко спросила она веселым голосом, не оборачиваясь.
– В аэропорт ездил, – сказал он самым естественным тоном. – Хороший клиент подвернулся.
– Ну, на зубную пасту себе заработал, и то ладушки… Молодец ты у меня, рыночный мужик.
