Стихия боли

Потом сама же и ответила: — Будет нокаут…

Следующий день действительно оказался насыщенным на события. Полеты американских самолетов комментировал специально приглашенный из Штатов популярнейший шоумен, его пламенную речь тут же переводили на местный тайский язык.

— Вот отработала свою программу «Красотка Френки», — через громкоговоритель вещал американец, когда на посадку заходил стремительный легкий истребитель-бомбардировщик «Ф-16».

Кроме этой грудастой девицы в небе уже покрутили виражи «Большая Белла» (Ф-15), «Клевая подружка» («Ф-18»), «Многоцелевая леди» (штурмовик «А-10»; за свою уродливость двухмоторный бронированный монстр носил прозвище «Бородавочник».

На этом салоне воздушный убийца не вызвал восторга у публики, слишком неповоротливая дылда).

— А теперь главная драгоценность нашей авиационной коллекции. Встречайте «Бриллиантовую Лили», — верещал из множества динамиков комментатор, а с рулежки уже выезжал истребитель пятого поколения «Ф-22». Хотя называли его на манер динозавра «Раптор», сейчас это была «Бриллиантовая Лили».

Двухкилевой, с треугольными крыльями, ромбообразными воздухозаборниками и острым, слегка приплюснутым рылом, над которым нависал зеркальный фонарь кабины. Разогнавшись, «Лили» проворно взмыла в небо.

— Ну как настроение, девчонки? — возле «тридцать третьего» возник командир «Витязей» Шостак. Вообще с самого прилета в Таиланд они виделись крайне редко, а вот сейчас полковник, человек по-военному жесткий и бескомпромиссный, после разговора с Пушкарем теперь угрем вился вокруг экипажа «Су-33» и даже забыл, что в Кубинке требовал обращаться к нему исключительно по званию.

 — Да не смотрите вы на эту бабочку-однодневку, — Кирилл Евгеньевич презрительно махнул в сторону взлетающего «Ф-22». — Ими есть кому заняться, наш «МиГ-35» своим балетом сделает этого дракона влегкую. А вам выпало самое сложное. Видели, как их хорек танцевал?

Палубный «ф-18» проводил показательный вылет с полным боевым вооружением. Подвешенные к пилонам ракеты значительно ухудшали аэродинамику самолета.

Такой полет демонстрировал настоящие боевые возможности истребителя.

— Кирилл Евгеньевич, не хорек, а «Хорнет», то есть «шершень», — осторожно поправила полковника Серпень.

— Да какой хрен разница, — отмахнулся Шостак. — Ты мне лучше другое скажи: сможешь так же с полным «фаршем»?

Девушки в ожидании своего часа томились под ярким тентом. На вопрос командира «Витязей» они лишь переглянулись.