Стихия боли

Распахнув дверь, коротко отдал приказ:

— Выходи строиться!

Разведчики один за другим покинули салон микроавтобуса и выстроились одной шеренгой. От группы летчиков отделился высокий детина с мощным загривком и бугристой большой головой, покрытой серебром коротко стриженных волос. В вороте распахнутой куртки поблескивала золотая цепь с массивным резным крестом из черного дерева. Вид у летуна был разбойничий, общее впечатление добавляла притороченная к правому бедру открытая кобура с длинноствольным крупнокалиберным револьвером.

Пожав руку Давыдову, летчик громогласно объявил:

— Наш доблестный экипаж приветствует рыцарей плаща и кинжала, можете занимать места, согласно купленным билетам. Правда, все места плацкартные, но на всех хватит. Лететь нам больше пяти часов, так что не грех и придавить на массу. Прошу на борт.

Внутри десантного отсека «Винтокрыла» все было под стать среднему транспортному самолету.

— Да здесь можно в баскетбол играть, — оживленно воскликнул Ку-Клукс-Клан.

Остальные его восторг не разделили, хмуро поднимаясь на борт. Вдоль стен были установлены алюминиевые откидные скамейки: опустив их, разведчики стали размещаться по своему усмотрению, а именно — бросив под голову рюкзак, заваливались спать. Проводник Чен Оха, сев немного поодаль остальных, положил на колени свой карабин и, прикрыв глаза, в одно мгновение превратился в истукана из плоти и крови.

Провалившись в глубь собственного сознания, проводник не заметил, как заработали двигатели «Винтокрыла» и тяжелая машина, покачивая крыльями, оторвалась от бетона взлетной полосы.

Чен Оха сейчас видел своих детей, плещущихся в бассейне во дворе их дома в пригороде Ханоя. Впрочем, пригород — это мягко сказано, элитный поселок генералитета Вьетнамской народной армии. Самому Чену было далеко до подобных льгот, дом принадлежал его отцу, генерал-лейтенанту войск противоздушной обороны."

"Следом сознание выхватило образ жены, миниатюрной женщины с маленьким кукольным лицом и толстой тугой косой, свисающей через плечо, как и у его матери.

Только у супруги она была черной, как вороново крыло, а у матери цвета спелой пшеницы. Она была уроженкой юга России, из казачьего рода. Родители познакомились в шестьдесят шестом в Одессе. Девушка училась на филологическом факультете университета, юноша оканчивал зенитно-ракетное училище.