Стилет для «Тайфуна»

Оружием у него был маузер в кобуре из желтой кожи на длинном, через плечо, ремне. «Оба-на!» – воскликнул в душе Старшина, наступая сапогом на кисть немца и обрушиваясь коленом тому на грудь. Несмотря на радость от удачи, головы он не потерял. Пока немец приходил в себя от столь неделикатных действий русского варвара, тот короткой очередью срезал другого немца, занявшего позицию за отвалом дороги, спиной к Старшине. На этом собственно бой закончился. Бойцы проверяли убитых и оказывали помощь раненым женщинам, которыми немцы прикрывались при отступлении.

Снайперов и пулеметчиков Старшина сразу же отправил в деревню на помощь союзникам. Бой там разгорался жаркий. Оставил троих на дороге, приказав помочь местным и потом занять позиции на околице с этой стороны, прикрыв тыл. Сам же связал руки офицеру и, подняв его, снял кобуру с маузером. Вытащил и осмотрел пистолет и, вешая на себя кобуру, порадовался:

– Ганс! Гут, Ганс! Зер гут! Или ты не Ганс, а Фриц? Но все равно гут! – на радостях даже поднял фуражку и, отряхнув ее, надел на голову пленному офицеру.

– Ну, надо же! Какая удача! И даже не одна! Васильев! – подозвал он одного из тех, кого оставлял здесь. – Оставляю тебе этого штурмбаннфюрера. Если попытается бежать или тяжко придется, разрешаю расстрелять. Вопросы? Вопросов нет! Все! Трое тут, остальные – за мной!

Прибыли вовремя. Метрах в ста пятидесяти от крайних домов деревни дымно чадил первый «Ганомаг». Второй стоял в поле бортом к деревне. Внешне выглядел целым, но движения в нем не было.

Вокруг обоих бронетранспортеров лежали тела немецких солдат. Третий успел отойти на безопасное расстояние, почти до околицы соседней деревни, и сейчас вел оттуда пулеметный огонь. Но! Оказывается, за БТРами следовало еще три грузовика с пехотой, которая развернулась и при поддержке нескольких пулеметов атаковала и уже находилась метрах в двухстах от позиций союзников. Причем огневое преимущество немцев заставило союзников вести только косоприцельный огонь из-за крайних изб. Вступление бойцов Старшины в бой сказалось сразу. Снайперы подавили несколько пулеметных расчетов, а пулеметчики положили немецкую цепь. Поняв, что атака захлебнулась, немцы стали отходить.

Воспользовавшись этим, группа также стала отходить в Двоевку. С ними шли и освобожденные женщины. Трех из них – раненых – несли по очереди на себе. Из-за ранений самостоятельно идти они не могли. Отходили перекатами, опасаясь того, что немцы заметят отход и атакуют их в поле.

В Двоевке шел бой.