— Что касается того, кто мы друг другу, ты, бл*ть, знаешь это, ты, бл*ть, знаешь, что ты моя, моя Старушка.
Охнув, я откинулась на спинку табурета. Не знала, что он думает обо мне как о своей Старушке, это было серьезно. Но в данный момент он не источал любви.
— И мне чертовски надоело, что ты запихиваешь меня в свой байкерский стереотип, — закончил он и, схватив свою тарелку, пронесся через кухню и вышел через французские двери.
— Дерьмо, — пробормотала я себе под нос. Я разыграла неправильную карту.
Наклонившись вперед, я принялась за сэндвич с беконом и яйцом.
Я чувствовала, что Кейду нужно побыть одному, и я умирала с голоду. Подумаю о калориях позже или никогда. Я более чем отработала их с Кейдом совсем недавно.
Доев последний кусочек восхитительного сэндвича, я соскользнула с табурета и вымыла тарелку. Я решила прибраться на кухне, отчасти потому, что это было необходимо, отчасти потому, что откладывала разговор с Кейдом. Закончив, я вышла на задний двор. Оказавшись снаружи, я не могла не ахнуть от потрясающего вида, открывшегося моим глазам.
Перед нами сверкал океан, к пляжу вела небольшая тропинка. Под ногами была плитка, слева от меня стояло огромное барбекю, большой старый стол для пикника, а передо мной — яма для костра. Слева стояли несколько совершенно потрясающих кресел, на одном из которых, закинув ноги на сидение, расположился Кейд. Он даже не взглянул в мою сторону. Я осторожно подошла к его креслу, постояла секунду, затем запрыгнула сверху, оседлав его. Я прекрасно осознавала, что на мне нет нижнего белья, и мое неприкрытое женское местечко терлось о его восхитительный, облаченный в джинсовую ткань, мужской орган.
Я старалась не отвлекаться, когда встретилась с ним взглядом.
— Бл*ть, детка, давно пора, — проворчал он, притягивая меня к себе и захватывая мой рот в грубом поцелуе. Я слегка удивилась, но не жаловалась.
— Извини, я... гм, не очень-то справилась с недавней ситуацией...
— Нет, черт побери, ты не справилась, — перебил Кейд.
— Дай мне закончить, — огрызнулась я.
Кейд ухмыльнулся, только он мог разозлить меня с полоборота.
— Я просто разволновалась, услышав голос брата, и он очень оберегает меня, даже до всей этой истории с Джимми. Мы близки с самого детства, не разлей вода. Поскольку он старше меня, то всегда старался заботиться обо мне. В нападении на меня он почему-то винит себя. — Я покачала головой. — Нелепо, но я знаю, как сильно на него подействовал мой вид на больничной койке.
