Ты — причина, по которой я еще не развалилась на тысячу мелких кусочков, ты удерживаешь меня целой.
— Это ты сама, детка. Я чертовски восхищаюсь тобой, — губы Кейда накрыли мои, и в следующий момент он оказался внутри меня. Остаток ночи мы не произнесли ни слова.
Глава 19
На следующее утро я выливала тесто для оладий на сковороду, довольно напевая и украдкой поглядывая на Кейда, который потягивал кофе и читал газету. Я никогда не представляла себя в такой домашней обстановке, но она казалась совершенно естественной.
Серые глаза встретились с моими.
— Сосредоточься на оладьях, Гвен. Не хочу, чтобы ты обожглась. Или сожгла мой завтрак, — поддразнил он.
— Тогда перестань меня отвлекать, — огрызнулась я.
— Я читаю газету, как это отвлекает?
— Ты очень сексуальный и неотразимый, и это отвлекает, ясно? — заявила я, мои гормоны кричали мне наброситься на него прямо на родительском кухонном столе.
Его взгляд потемнел, когда он прочел желание в моих глазах.
— Гвен на кухне, беременная и босая? Не думала, что когда-нибудь доживу до этого дня.
— Эми прошла на кухню, налила себе чашку кофе, с ухмылкой переводя взгляд с меня на Кейда.
— Следи за языком, Абрамс, если хочешь оладий. — Я предостерегающе ткнула в нее лопаточкой, когда она подошла ко мне, вкладывая чашку чудесного, сладостного нектара в мою свободную руку. Я поднесла его ко рту, но сердитый голос Кейда остановил меня.
— Тебе нельзя кофе, Гвен! — рыкнул он, выглядя так, словно сейчас прыгнет и выхватит мою драгоценную жидкость.
Я бережно прижала чашку к груди.
— Знаю. — Я пристально смотрела на него, пока не убедилась, что он сидит на месте. — Мне всего лишь нравится аромат.
Я сделала глубокий вдох и позволила запаху ненадолго задержаться в ноздрях, прежде чем Эми выхватила у меня чашку и села за стол.
— Серьезно, Мышонок, не понимаю, почему ты мучаешься каждое утро. Иногда ты такая странная. Пей кофе без кофеина, если так зависима от этой дряни. — Папа, улыбаясь, вошел в кухню и поцеловал меня в лоб.
— Я перейду на кофе без кофеина, когда ты будешь пить безалкогольное пиво, — парировала я, возвращаясь к оладьям.
— В день, когда я выпью это дерьмо, ад замерзнет, — свирепо провозгласил отец, и словно дразня меня, налил себе кофе.
— Кофе без кофеина, — с отвращением пробормотала я сковороде.
Я переложила оладью на тарелку и уже собиралась налить следующую порцию, когда почувствовала это. Я схватилась за живот, стеклянный кувшин выскользнул из моих рук и разбился об пол.
