— Какого хрена ты творишь? — взвизгнула я, очень обеспокоенная тем, что стена испортит мое сказочное платье.
Кейд прервал меня, взяв мое лицо в ладони и притягивая для жестокого поцелуя. Я попыталась вяло сопротивляться, но растворилась в нем, когда его твердое тело прижалось к моему. Эти мышцы пресса каждый раз сводили меня с ума. У меня перехватило дыхание, когда он отстранился, его темные от желания глаза пронзили меня насквозь.
— Начинаю показывать тебе, как отношусь к этому платью, детка.
Полную признательность я выкажу позже, но сейчас я хочу знать, какого хрена Кроуфорд был с тобой, — в конце его голос повысился почти до крика.
— Предполагаю, Кроуфорд — это Люк, и ты ведешь себя как типичный мужлан, нелепо называя его по фамилии, — парировала я.
Кейд грубо притянул меня ближе, но я не боялась его, что было безумием. Я имею в виду, на меня напали байкеры, и вот я в темном переулке с одним из них, но единственное, что я чувствовала, — раздражение и возбуждение.
.. сильное возбуждение.
— Нехрен умничать со мной, Гвен, отвечай на чертов вопрос, — прорычал он."
"— Не знала, что ты задал мне вопрос, Кейд. Боюсь, я не очень хорошо говорю по-пещерному, — сладко пропела я, продолжая его поддразнивать. Удивительно, но он не нашел меня смешной. Он вдарил кулаком по кирпичной стене рядом с моей головой. Я вздрогнула, должно быть, это больно.
— Я пришел встретиться с тобой, продолжить наш разговор с прошлого вечера, чтобы принести гребаные извинения за то, что проявил такую настойчивость, когда я, очевидно, должен обращаться с тобой осторожно, и поверь мне, детка, с этого момента так и будет.
От его пристального взгляда у меня внутри все затрепетало.
— Я вижу тебя в этом охеренно шикарном платье, настолько великолепную, что это должно быть вне закона, и смеющуюся с тем придурком, пока он лапает тебя повсюду. Гвен, мне потребовались все силы, чтобы не врезать ему по морде. Ты моя. Я знаю, пока ты этого не понимаешь и тебе это не нравится, но ты поймешь, потому что то, что между нами, — реально, и я знаю, что ты чувствуешь это и боишься, — заявил Кейд.
Я выдохнула, немного сбитая с толку, потому что никогда не слышала, чтобы грубый байкер так много говорил, но в основном из-за его слов. Мне не нравились некоторые вещи, например, очень не понравилась часть «ты моя», слишком напоминающая мне о том, что Джимми также думал обо мне.
