И мне, над кашей бдевшему уныло(Пока не съем — к ребятам не пойду!),Все реже, реже мама говорила:— Эх, нам в войну такую бы еду! —…Тянулись дни, и годы пролетали,И каждый очень много умещал.И я забыл, взрослея, про медали,Да и отец уже не обещал.Но каждый раз, услышав медный голос(Наверно, доля наша такова!),Отец встает. Но речь опять про космосЗа холодящим — «ГОВОРИТ МОСКВА…».
Сумасшедшая
Она кричала о войне,О переломном сорок третьем…Я замер — показалось мне,Что до сих пор война на свете!Она кричала о врагах,О наших танках,О голоде и о станках,О спекулянтах,О том, что вот она верна,И про «овчарок».В ее глазах была война —Свечной оплавленный огарок.Закон ей в этом не мешал,Она еще кричала что-то.Вокруг был мир, кругом лежалСнег цвета довоенных фото.
Свадебная фотография
Она не выдержала и смеется,В его плечо шутливо упершись.…Он через месяц станет добровольцем,Его подхватит фронтовая жизнь.Нахмурясь, чтобы не расхохотаться,Он купчик обвенчавшийся. Точь-в-точь!…Ей голодать, известий дожидаться,Мечтать о нем, работать день и ночь.Своей забаве безмятежно рады,Они не могут заглянуть вперед.…Он не вернется из-под Сталинграда.Она в эвакуации умрет.А если б знали, что судьба им прочит,На что войною каждый обречен?!…Она так заразительно хохочет,Через мгновенье засмеется он.
21 июня 1941 года. Сон"
"Приближались роковые сороковые годы…
Александр Блок. О назначении поэтаСегодня я один за всех в ответе.День до войны. Как этот день хорош!И знаю я один на белом свете,Что завтра белым свет не назовешь!Что я могу перед такой бедою?!Могу — кричать, в парадные стучась.
— Спешите, люди, запастись едоюИ завтрашнее сделайте сейчас!Наверно, можно многое исправить,Страну набатом загодя подняв!Кто не умеет, научитесь плавать —Ведь до Берлина столько переправ!Внезапности не будет. Это — много.
