Сто оттенков неба

- Расслабься!

Теперь четкие, выверенные движения Макса контролируют весь процесс: мужчина слегка давит на затылок, вовремя останавливается, чтобы я не почувствовала дискомфорт. Убедившись, что я запомнила урок, он позволяет мне действовать самой. А я с ума схожу от того, что дарю ему наслаждение. Хочется стань для него еще лучше, еще опытнее...

Дыхание Макса срывается, твердая плоть в моей руке дергается и будто еще больше увеличивается.

- Не сегодня, маленькая, - убирает он мое лицо, сжимает член в своем мощном кулаке.

Я не замечаю, что дышу пересохшим ртом, наблюдаю за амплитудой его движений. Громкий хриплый стон. Полученная разрядка.

Облизываю пересохшие губы. Мою дрожь возбуждения не удается скрыть.

- Жди, - коротко бросает он, поднимается и двигается в сторону душевой. – Когда вернусь, чтобы трусов на тебе не было.

Как только входит в дверь, произносит:

- Малышка, на спину, ноги в стороны.

Не могу определиться, трясет меня от холода или возбуждения.

Я и не думаю ослушаться.

- Руки на простынь, можешь её даже порвать, - голосом искусителя отдает он приказ."

"Когда его язык касается клитора, дрожь в теле усиливается. Я не сдерживаю криков и стонов. Сначала в меня проникает один палец, затем второй. Макс не двигает ими, просо держит внутри, играя моим клитором: прижимает зубами, а потом словно зализывает, втягивает в себя, посасывает… когда пальцы приходят в движение, я забываю о дискомфорте и неприятном давлении, ничего не испытываю кроме всепоглощающего удовольствия.

Толчок. Еще один. Так развратно, но так сладко! Мысленно умоляю его заменить пальцы на его орган.

- Он обязательно окажется там, поверь!

«Я сказала это вслух и даже не заметила?!»

Еще несколько толчков и я разлетаюсь на тысячи… нет, на миллионы частиц! От меня остается на этой планете только громкий, срывающийся от наслаждения голос, который всему миру сообщает, что со мной сейчас произошло.

Я задыхаюсь от наслаждения, легкие судороги проходят по всему телу, бедра до сих пор дрожат, а Макс и не думает останавливаться. И только когда выжимает из меня последнюю судорогу, подхватывает и прижимает к себе…

Как только выхожу из душа, он заявляет:

- Малышка, я хочу блины.

- А я бы еще поспала…

- Нам в десять рабочих встречать, не забыла? – улыбается мой идеальный мужчина.