— Ева, я не могу ждать! Обещаю, второй раз мы сделаем это медленно, — не своим голосом произнес Игнат. Я кивнула, соглашаясь с ним.
Мужская рука соскользнула с груди и проникла под тонкие трусы. Губы Игната продолжали ласкать грудь, не обделяя вниманием ни одно полушарие.
Указательным пальцем он развел нижние губы в сторону и прошелся по всей развилке. Я негромко застонала. От растекающегося удовольствия пальцы на ногах поджались.
"
"Игнат знал, с какой силой нажимать на клитор, чтобы доставить максим приятных ощущений. Он чувствовал, когда надавить сильнее, а когда остановиться. Мне казалось, я парю над кроватью. Наверное, так и было, ведь моя спина постоянно отрывалась от постели.
— Не могу больше! — процедил он и одним махом избавил меня от последней преграды — трусов.
Подтянув меня за берда к себе ближе, он широко развел мои ноги. Кадык дернулся, когда он уперся взглядом туда.
Его пальцы вновь опустились на промежность. Растерев пальцами влагу, он проник одним из них во влагалище, чтобы подавить неприятное ощущение, я прикрыла глаза. Хорошо, что я морально готова к боли!
— Ты там очень узкая, Ева. Давно ни с кем не была? — он пытался растянуть вход, а я боялась выдать себя голосом, поэтому просто кивнула.
На смену дискомфорту пришли приятные ощущения. Я окончательно расслабилась.
— Ай! — закричала от неожиданной боли и не думая, уперлась в его руку, отползая назад.
Игнат попытался добавить еще один палец, а мое влагалище к этому оказалось неготовым.
Его темно-стальной цвет глаз, показался мне в этот момент черным. Он с недоумением посмотрел на меня, затем перевел взгляд на пальцы.
«Я все испортила!»
Не стесняясь в выражениях, резко выругался и подорвался с постели.
*** ***
Игнат
Я был взбешен! Мне надо было сходить в душ и сунуть голову под холодную воду, чтобы немного сбросить напряжение, но мой уход мог еще больше напугать Еву.
Соскочив с кровати, я осмотрел свои пальцы, следов крови на них не обнаружил, но это ничего не значило.
Маленькая зараза!
Ева села на постели и поджала под себя ноги. Несмотря на мое бешенство, я не перестал ее желать. Хрупка, красивая… и невинная!
Почему она выбрала меня?
Подойдя к ней, я взял ее за щиколотки и подтянул к себе.
— Осмотрю тебя.
— Все хорошо! — на ресницах ее блестели капли непролитых слез.
