Сто удач и одно невезение

Захар расстроился даже, а повернувшись к большому, во весь рост зеркалу в прихожей, и сам поразился в первый момент – это кто?

Из зеркала на него смотрел незнакомый мужик, старше его лет на десять, заросший бородой-усами, с загорелым в черноту лицом, шире в костях, выше ростом, больше и мощнее прежнего Захара, с суровыми, пролегшими морщинами и с накачанной, как от многолетних каждодневных тренировок, стальной мускулатурой.

Он не узнал себя! Другой человек!

А он и стал теперь другой!

Уже не смог не тренироваться – бегал, качался, отжимался и обливался холодной водой каждый день, словно в нем кровь, привычки, жизнь поменяли! А и сознание заодно, наделив новыми непростыми и загадочными знаниями.

Загар сошел, бороду и усы он сбрил, пришлось поменять всю одежду, мала и коротка стала. Цивилизовался, вернулся из первобытно-общинного в современный строй и действительность.

О пении зовущей женщины, вытащившей его из потустороннего мира, о ладошке узенькой, запахе и дыхании ее не забыл, но задвинул подальше, туда, где хранил все мистическое, странное, непонятое, произошедшее с ним, и к чему относился весьма осторожно, с пиететом, стараясь суетностью бытия не тревожить.

Он еще раз побывал у Осипа, несколько лет спустя, когда Ирину отпустил, разводился. И приехал-то не за советом, не за помощью, а вроде как навестить.

Стал почему-то вспоминать об Осипе, чуть ли не каждый день, улыбался далеким воспоминаниям и мытарствам своим исцеляющим и подумывал: надо съездить повидаться. Почему его вдруг так потянуло к старому шаману, словно звал кто-то!

Но Захар знал, что с Осипом все не для нашего разумения, да и близко не дано простому человеку хоть толику постичь, и отговаривать себя не стал, послушал интуицию. Собрался, договорился, и надо же, странности какие, легко сложилась дорога, как по вешкам, без единой заминки и трудности поехал! Запас подарков и гостинцев для всего стойбища, любимых конфет Осипа, табачку дорогого душистого для трубочки, всяческих мелочей, выяснил, где сейчас стоят, полетел!

– Однако, жду тебя,　– сразу ошеломил таким приветствием совсем не постаревший за эти годы шаман и пригласил в чум: – Проходи.