Сто удач и одно невезение

Да вообще! И вспоминать не хочется! До сих пор тошно и обидно становится за беспредел глупый, тупой, жадный, мерзко до рвоты! Наверное, так же мерзко, как наблюдать обжирающегося скотски человека, суетливого, жирного, заталкивающего сальными пальцами в глотку все подряд, что смог отобрать, урвать у других, глотающего жратву не пережевывая, от непомерной жадности!

Вот такое же ощущение было от тех мальчиков, будущих олигархов, и от страны, которая позволяла с собой проделывать этакое скотство!

– Да что я тебе объясняю, ты и сама наверняка это знаешь и помнишь, как тогда дележ происходил.

У вас тут в Москве, так вообще гражданская война шла с ежедневным отстрелом.

– Он, может, и шел, да только меня потрясения страны не пугали,　– весело отозвалась Зинаида,　– я в них просто жила. Когда каждый день находишься рядом со всеми стихийными бедствиями одновременно, уже мало чего боишься в жизни.

– Это в каком смысле?

– Маргарита,　– разъяснила Зинуля,　– Ритка – это ходячий армагеддон для всех, кто оказался поблизости.

Для всех, кроме нее самой. Это как внутри торнадо находиться, там никаких разрушений, а вот от стен вороночки! Ну, вот Ритуля, она такая. Но, как ни странно, это никак не отражается на ее работе, за что бы она ни бралась, у нее всегда получается замечательно, и лучше всех причем. Это тоже какой-то нонсенс!

– Не хочешь ли ты сказать, что тебя она запирает не первый раз?　– заинтересовался Захар.

– Не первый. И не только меня. Но это такая ерунда, сущая мелочь, уж поверь мне.

　– И спохватилась, и принялась успокаивать: – Но тебе ничего не грозит, не пугайся, на ее клиентов несчастья не распространяются, более того, они все остаются весьма довольны ей работой. Честно, честно, даже подарки в благодарность дарят.

– Весело! Так что же, достается исключительно тебе?

– Ну что ты! Всем, кроме детей, клиентов и любимых мужчин, в то время, когда они любимые. А мне и родственникам меньше остальных, мы научились распознавать на подходе приближение торнадо и по мере сил и возможностей предотвращать.

И знаешь, как ни странно, что бы со мной ни случалось по ее милости и как бы трагично все ни выглядело в тот момент, последствия оказывались позитивными и положительными для меня.

– Я так и не понял, вы родственницы?

– Я же говорила – хуже! Мы единственные друг у друга, не в смысле две сироты, а самые близкие, а потом уже дети, мужья, родственники, так получилось.

– Странно и очень туманно у вас получилось,　– засомневался Захар.