— Господин Баталов не служит в армии!
— На сей счет есть третий параграф, — красномордый вытащил тоненькую книжечку из портфеля, открыл по закладке: — «в случае столкновения офицера с лицом гражданским, если это лицо правоспособно для удовлетворения, то дело мало чем рознится от столкновения между военнослужащими, в этом случае командир части передает дело на рассмотрение суда общества офицеров, которое и разрешает вопрос как и о правоспособности гражданского лица, так и о необходимости вызова на дуэль этого лица…».
Я вам официально заявляю, господин Баталов признан правоспособным. Его судьба будет решаться генерал-губернатором, в штате которого служит граф Шувалов!
— Я протестую!
Хрунов затравленно посмотрел на меня, я же игнорируя его взгляд, сбросил матрас прямо на пол, прошел к рукомойнику, с наслаждением умылся.
— Что вы молчите, господин Бринн? — прокурор попытался вызвать подмогу в лице следователя. Тот тоже достал какую-то книжицу, процитировал:
— Циркуляр номер семьдесят дробь шесть по Военному ведомству.
«Следственное производство о поединках между офицерами, по роду своему подлежащее судебному рассмотрению, препровождается с заключением прокурорского надзора подлежащему начальнику, от которого, вместе с бывшими по данному случаю постановлениями Судов общества офицеров, представляется по команде Военному Министру, для всеподданнейшего доклада Государю Императору тех из сих дел, которым не признается возможным дать движение в установленном судебном порядке».
Я, честно сказать, вообще ничего не понял из прочитанного, но присутствующие прониклись упоминанием Государя Императора.
Лица стали торжественные, даже Хрунов перестал киснуть:
— Значит, дело будет рассмотрено в полку графа Шувалова, а затем поступит на апробацию Великому князю и военному министру?
— Именно это я вам и сказал сразу, когда вы собрались арестовывать господина Баталова, — покивал Бринн. — Но нет же пророка в своем отечестве. Боюсь, господин приват-доцент теперь может требовать с вас извинения
Все посмотрели на меня.
Я же продолжая игнорировать «почетное собрание», выглянул в соседнюю комнату, где за столом сидел знакомый мне тюремный чиновник и делал вид, что не «греет уши».
— Часы отдайте! Которые по описи.
Мне тут же вернули брегет, который я завел, и с большим удовлетворением запихнул в наружный карман пиджака. А жизнь-то налаживается. Ну попостился чуток, так ведь диета полезна для здоровья. Ну и меня слегка вернули с небес на землю.
