Ну разумеется, все подорвались. Носились, как наскипидаренные, выполнили пятилетку в три года и сразу четыре субботника. Все отскоблено и отмыто до блеска, даже окна как новые. Косынки и фартуки медсестер постираны и открахмалены до синевы, как и халаты и шапочки у врачей. Наглажены так, что о складки порезаться можно. Траву бы еще в зеленый цвет покрасить, но жаль, не успеем. Пациентов у нас было немного — всего десять человек. Три женщины и семеро мужчин. Их конечно же привели в порядок, помыли и причесали. По совету Чирикова на стены повесили хвойные ветки.
Атмосферно и запах приятный. Говорят, даже бактерицидный. Только гривы кобылам в косы не заплетали.
Делегация заявилась с небольшим опозданием, я построил весь персонал — за исключением двух врачей, что дежурили на заставах, во дворе в линеечку. Надо понимать политик! Сегодня приехала жена губера, завтра он сам, послезавтра дума отсыпала «Русскому медику» денег на новые подстанции. Ну это я так, витаю в эмпиреях.
Елизавета Федотовна вышла из роскошной кареты, запряженной сразу четверкой лошадей, поздоровалась.
Охрана, секретари, какие-то непонятные женщины — фрейлины? — окружили ее, словно защищая от чего-то. Великая княгиня выглядела на все сто. Муаровое платье с небольшим шлейфом, шляпка с вуалью, перчатки. Из под вуали на меня пристально смотрели все те же огромные глаза «лани». Только сейчас они были не грустными, а изучающими.
Мы поздоровались, я представил врачей.
— Женщина-доктор? — удивилась Елизавета Федотовна, разглядев в «строю» Вику.
Вот тут я тоже обалдел. Талль должна была встретить нас в палатах. Вместо этого она нацепила белый халат, встала сразу за Горбуновым. И тут зашипела вспышка фотоаппарата — княгиня привезла с собой еще и репортера. Ой, ой, ой… Неимоверным усилием я сохранил на физиономии благожелательное выражение лица. Скандалу будет… На всю Москву. А я только-только Боброву всяких обещаний надавал. Ага, про машинистку пишущей машинки.
— Это Виктория Августовна, Ваше Императорское высочество. Моя… хм… ученица.
Дочь ныне покойного профессора Талля.
— Что-то слышала, — Елизавета Федотовна несмело улыбнулась.
— Разрешите сопроводить Ваше Императорское высочество для показа первой в мире больницы скорой помощи.
Княгиня явилась с подарками, поэтому осмотр клиники мы совместили с одариванием пациентов. В основном всякое разное съестное — балыки, свежий белый хлеб, пасхальные яйца, даже вина. Все было разложено по корзинкам, так что с вручением проблем не было.
