Столица

– Добрый вечер! Не требую называть меня учителем, я пока не доросла до этого звания, поэтому обращайся со мне Лан-джиджи (джиджи – старшая сестра), – сказала высокая девушка с длинной косой.

Байсо от удивления забыл закрыть рот. Это была та самая служанка с веером, что защищала проход в женский дом.

– Я понимаю твое недоверие. Поэтому Тао Сянцзян разрешил мне провести поединок с твоим братом, дабы ты убедился в моей подготовке. Господин Шен, не возражаете?

Я пришел на первую тренировку Байсо, чтобы поддержать его, а не драться, и был одет в традиционный наряд с длинным до пола ханьфу и длинными рукавами.

Но и отказаться я не мог, поэтому снял ханьфу, оставшись в нательной рубахе и штанах, взял хуа цян, не снимая чехла с наконечника.

Девушка вышла на середину зала, поклонилась мне и сказала:

– Я еще не настолько опытный воин и не всегда могу удержать удар, поэтому заранее прошу прощения за возможные раны.

После этих слов мне стало страшновато, но отступать было некуда. Байсо, Добряк и невесть откуда взявшийся Харскуль внимательно наблюдали за нами.

Брыластый негромко сказал:

– Учись справляться с разного рода оружием.

Интересно, он обращался ко мне или к Чжан Лан?

Сначала мы стояли и смотрели друг на друга, девушка держала руки за спиной. А я никак не мог решиться напасть на нее: одно дело – сражаться с Харскулем, там я мог бить изо всех сил, так как был уверен, что тот не позволит себя ранить, и другое – с молодой девушкой, у которой нет в руках ни копья, ни меча, ни щита. А вдруг я ей что-то сломаю? Или изуродую лицо? Как она потом выйдет замуж?

– Бей! – крикнул Харскуль.

Я вздрогнул и начал с простого выпада. Чжан Лан отклонилась в сторону, не сходя с места. Что ж, тогда я перешел к сплошному каскаду ударов, в любом случае у меня было преимущество в дальности. Она уворачивалась, изгибаясь, как змея, то пропуская удары мимо, то отскакивая назад, я же увеличивал скорость так, что от последнего выпада она не смогла уклониться, и тогда в ее руках распустился железный веер, остановивший копье, но она на этом не остановилась. Пока я не успел отдернуть хуа цян, Чжан Лан поднырнула под древко, скользнула вниз и взмахнула веером, располосовав мне штаны и поцарапав кожу. Если бы она не сдержала руку, то распорола бы ногу до кости. По сути, это был мой проигрыш.

Теперь я действовал осторожнее, зная ее скорость и ловкость. И снова хуа цян показался мне неуместно тяжелым и медленным, хотя дело не в оружии, а в мастерстве того, кто его держит.