Столица

На столе я увидел только знакомые блюда, те самые, с которыми у меня было меньше всего ошибок. Госпожа Роу все продумала заранее, и благодаря ее заботе я мог есть спокойно, не опасаясь перепутать приборы, соусы и порядок. Байсо даже не попытался следовать этикету, он хватал кусочки еды тем, чем было удобнее, щедро макал их во все соусы подряд и ел.

– Шен-джицу, – обратилась ко мне Нинг, жена Ченга, – ты раньше, до прихода в дом Джин Фу, ел подобные блюда?

– Что вы, Нинг-бому, никогда даже и представить себе не мог, что на свете есть такая вкусная еда, – искренне ответил я.

– Конечно, – проворчала Янмей, – раньше-поди на помойке объедки подбирал, а теперь вон, в соусах разбирается.

– Янмей-бому, – Байсо аж привстал, – вы что, не знаете? Нельзя есть с помойки! Там же грязь и крысы, можно легко заболеть. Вам лучше убрать свои помойки и кушать вот так, со стола. Это же гораздо вкуснее.

Послышались сдержанные смешки, Янмей покраснела от негодования, но не будет же она объяснять малолетнему глупцу, что он неправильно ее понял.

– Как так получилось, что старшенький у вас обученный, а этот…

– Бому, меня зовут Байсо, – брат снова встал с места и подергал себя за волосы. – Видите, какой это цвет? Вот и мое имя такое же – Байсо! Белый цвет. Легко запомнить!

Янмей всю перекосило, но она все же закончила фразу:

– А Байсо ты словно и не воспитываешь совсем. А ведь он уже прошел церемонию именования и должен понимать, как нужно себя вести.

– Это моя вина, – сказал Джин Фу. – Я разрешил Роу баловать Байсо столько, сколько ей захочется, а взамен она не вмешивается в обучение Шена. Пусть она порадуется еще год-другой, это все равно ничего особо не изменит.

– Эх, не разбираешься ты в детях, – проворчал Ливей. – Я вон тоже так думал, а теперь посмотри, до чего дошло: взял в преемники постороннего человека, хотя двоих сыновей вырастил. Хорошо, хоть дочка умницей растет.

– Мама Роу, а где сладкие рисовые булочки? – снова встрял Байсо.

– Байсо, – снова одернул его Джин Фу.

– Хорошо, молчу, – надулся брат и действительно замолчал.

Атмосфера постепенно становилась спокойнее, меня то и дело спрашивали соседи по столу, но лишь о какой-то ерунде. Старшие братья Джин обсуждали торговые дела, Байсо то и дело чесал затылок, а я старательно изображал легкую усмешку.

После того, как принесли сладости и чай, Байсо совсем разошелся.