Столица

А здесь ничего особенного: камень и дерево, дерево и камень.

Люди на улицах тоже были обыкновенными. Девушки ходили в длинных ханьфу светлых оттенков, из украшений – только гребни в волосах, мужчины в туниках по колено, свободных, не подвязанных снизу штанах и простой обуви из тонкой кожи.

А где же неземной красоты девушки из богатых семей, которые ходят, не поднимая глаз, а если вдруг взглянут, то сразу увидят какого-нибудь бойкого бедняка и влюбятся в него по уши? А где магические животные, которых держат в плохих условиях и бьют почем зря, чтобы тот же бедный, но справедливый парень мог вступиться, спасти их, а взамен зверь показал бы ему пещеру с драгоценностями? А где толстые богачи, сидящие в паланкинах, у которых дно провисает из-за тяжести? Где переодетые в простолюдинов императорские чиновники, которых можно узнать лишь по благородному виду да умным добрым глазам?

Кажется, я в свое время переслушал старых сказок.

Байсо заорал от восторга и бросился к левому борту повозки, едва не вывалившись. Я посмотрел туда, куда он показывал, и обомлел: там была высокая-превысокая башня, казалось, что она царапает шпилем небо. Брат посчитал крыши башни:

– Девять! Нет, Шен, ты видел? Девять уровней!

Джин Фу покачал головой и сказал:

– Вы не туда смотрите. Там дальше, за башней…

Я перевел взгляд и восхищенно выдохнул одновременно с Байсо.

– Это императорский город, – пояснил Джин Фу. – А вон там лестница девятьсот девяносто девяти ступеней, это самый короткий путь к домам торговцев, поэтому тот холм еще называют торговым.

И я смел жаловаться на невзрачность столицы? Лестница плавно огибала холм так, что ее конец не был виден, по краям широких ступеней стояли столбы с красными фонариками, покачивающимися на ветру, люди, словно муравьи, поднимались и спускались, не обращая внимания на окружающее великолепие.

– Вам нужно прийти сюда вечером, когда начинают светиться эльгмы и зажигаются фонари. Словно светящаяся река стекает с неба к нам на землю.

Байсо громко наслаждался видами города, и ничто его не смущало.