Столица

И чем ближе результат будет к максимальной величине, тем больше ему заплатят.

– А что получил тот, у кого самое-самое большое число?

– О, – девушка странно посмотрела на меня, – он получил право основать свою академию. Академию боевых искусств.

Я хотел было почесать затылок, но рука уперлась в эту дурацкую шапочку.

– Погоди, почему боевых искусств? Если у него так много Ки, то почему он не открыл магическую академию? – не понял я. – И сколько эльгм он смог зажечь?

– Он поднялся на тридцать шесть пролетов.

Байсо споткнулся и плюхнулся животом на ступени.

Тридцать шесть пролетов! Даже если там были крошечные эльгмы с запросом в одну Ки, то он должен был потратить тридцать шесть Ки. Если это был взрослый крупный мужчина, то он вполне мог потратить столько энергии и не упасть. Но, насколько я заметил, маленьких растений было не так уж и много, как, впрочем, и очень крупных, то есть в среднем на каждый пролет он тратил по две единицы Ки. Но это означает, что он сумел потратить около семидесяти Ки и остаться на ногах. Как это возможно? Может, он тоже донор, как и я?

– Суиин-эр, а этот человек еще жив? Или, может, его дети? – схватил я девушку за руку. Она дернулась, высвобождаясь:

– Он до сих пор является основателем и управляющим Академией.

– Спасибо, Суиин-эр. Эээ, Байсо, ты как? – только сейчас я вспомнил про брата. Тот уже поднялся и отряхивал одежду от пыли.

– Нормально, – буркнул мальчишка, – я лучше пойду с Юанем и Тао.

В полном молчании мы поднялись на вершину холма, где под резной крышей уже столпилось немало людей.

Наши охранники освободили для нас хороший уголок возле перил с видом на всю лестницу. Только взглянув на весь пройденный путь сверху вниз, я сумел оценить, сколько же мы прошли.

Огромный город предстал передо мной во всей своей красе.

Неровные квадраты сыхэюаней с островками зелени посередине, величественные здания и изящные башни, прямо перед нами, на соседнем холме, горели алым золотом бесчисленные крыши императорского дворца, сливаясь в единое сверкающее зарево.

А потом все померкло. Последние лучи солнца скрылись за горизонтом. И где-то далеко внизу еле заметно зажглись два зеленоватых огонька.

Все люди на площадке выдохнули от восхищения и ожидания, и я, захваченный теми же эмоциями, увидел, как зажглась следующая пара огоньков, потом еще одна, их свет сливался в одно целое, и, казалось, сверкающая зеленая река постепенно поглощала город, подымаясь с каждым ударом сердца все выше и выше.