Столкновение-2 (СИ)

 — Бог не выдаст, свинья не съест. Девочки прикроют, если что. Прикроешь, красавица? — вопрос был адресован орчанке с бесстыжими глазами.

— А то! — сверкнув жемчугом острых клычков, весело ответила та и погладила ствольную коробку ганнера.

— Минуту, настраиваем, — выплюнул динамик. — Князь в штабе, подводим "окно", чтобы никого ненароком не зацепить. Я, Илья Евгеньевич, не думаю, что их и вас обрадуют свежие трупы. Не комильфо, однако. Есть! Тридцатисекундная готовность!

Тридцать секунд растянулись на сутки внутреннего субъективного времени, когда градус ожидания подпёр к верхней отметке, бронелепестки диафрагмы, лязгнув, отъехали в стороны.

— Самойленко, ветку в зубы, идёшь в авангарде. Не дрейфь, казак. Семи смертям не бывать, а одной не миновать! — ступая на транспортный пандус, упирающийся в мерцающую арку портала, сказал Илья Евгеньевич. — С Богом!

Великий Князь Ратибор, заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок, стоял перед тактическим экраном, в режиме реального времени следя за обстановкой в зоне боевого соприкосновения экспедиционного корпуса с длинноухими противниками.

Замерев на мгновение, князь усмехнулся уголками губ. Сколько он себя помнил, дурная привычка покачиваться в особо сложные и напряжённые моменты всегда брала верх над ним. Зато какой повод поддразнить старшего брата, который с детства ненавидел дурную манеру Ратибора. Вилфред, вообще, много чего ненавидел, благо Ратибора он всего лишь не любил. Вилфред всегда переживал, что отец передаст трон не ему — законному наследнику, а младшему брату, который, по словам значительной части царской свиты, больше подходил для трона. Он был выше, крупнее и умнее старшего брата, поэтому тот приложил все усилия, чтобы удалить конкурента со двора. Интриги и искусство подкупа — единственное, в чём наследник превосходил брата. В результате тщательно продуманной двухходовой партии, отец отправил Ратибора в высшее ракетно-артиллерийское командное училище, тем самым определив судьбу сына на всю оставшуюся жизнь. В училище никому не делали поблажек, будь ты хоть крестьянином, хоть аристократом голубых кровей, хоть карфагенцем преклонных годов. Закончив училище с отличием, Ратибор не рассчитывал на быстрый карьерный рост. Отец всегда ловко придерживал устремления сына и давил лизоблюдство генералитета перед монаршей фамилией.