Столкновение-2 (СИ)

Больше никого из своего выпуска он не видел. Два года потребовалось на полное восстановление после сложного перелома и обивание порогов, в попытке доказать, что он годен и способен пилотировать. В конце сорок четвёртого года судьба сжалилась над ним…, Тетцузо получил направление в Манчжурию.

Контуженного пилота извлек из-под обломков и кусков бетона простой русский солдат. Японец не знал, сколько он провалялся без сознания. Закопченный, весь в пыли и саже, с кровавыми разводами на щеках и с глубокой кровоточащей царапиной на лбу, пожилой русский сидел, прислонившись спиной к холодному бетону, и чему-то улыбался.

Может быть тому, что остался живым в царившем вокруг аду?

Уже в плену Тетцузо узнал, что капитан Масао дрался до последнего. Восемнадцатого августа русские захватили редюит группы Менхушань и уничтожили сопротивляющиеся остатки гарнизона, залив в вентиляцию бензин и горючую смесь.

Потом был лагерь военнопленных, пересылка, ещё один лагерь, холод и голод суровой зимы сорок пятого — сорок шестого годов и строительство домов в Хабаровске.

Восемь лет он провёл Советском Союзе. Впоследствии, полученные у советов специальности очень помогли бывшему лётчику, которому пришлось взять на себя тяжкую ношу главы семьи. Отец вернулся с войны одноруким калекой, а братья сложили головы на полях сражений. Дед, в возрасте восьмидесяти двух лет, умер в пятьдесят втором году.

С той поры пролетело больше полувека, Тетцузо воспитал двоих сыновей и совершенно не думал о том, что ками пожелают, чтобы он вернулся в Россию.

Судьбе было угодно, чтобы Соичи — младший сын, до этого успешно избегавший женитьбы, в девяносто девятом году вернулся из длительной командировки в Россию с русской женой. Седовласый старик поворчал немного, но принял невестку. Стройная и светловолосая Аня приняла японский уклад, быстро выучила язык, вскорости устроившись в Токио экскурсоводом в туристическую фирму. Невестка говорила и писала на трёх языках — русском, английском и японском, что очень помогало ей в работе. Тетцузо даже на смертном одре самому себе не признался бы, что русская невестка нравится ему больше, чем Намико — жена старшего сына.

Через три года Аня подарила старику двух внуков-близнецов. Мальчиков назвали Ивао и Синдзи. По-русски Ваня и Саша. С тех пор прошло десять лет.