Столкновение-2 (СИ)

— О, сколько нам открытий чудных… Мир не стоит на месте, Владыка, — сверкнув глазами из-под длинного козырька бейсболки, минуту назад сменившей тактический шлем, ернически выдал Элунд. — Император и Великая Мать могли договориться, что мы с вами сейчас наглядно наблюдаем, а это наводит на интересные мысли. Очень интересные. Открываются потрясающие перспективы, друзья мои, не находите? Если уж миуры смогли, то нам сам Бог велел.

— Логично, — прозвучал механический голос Ши. Скрыв ауру за пологом инструментально-артефакторного комплекта, навешанного на подругу добросердечной Элиэль, инк виртуозно отыгрывала тупого голема.

Незачем имперским прихвостням, даже в первом приближении, знать о возможностях ходячей железяки. Вадим придерживал колоду тузов в рукаве. Чему его жизнь научила, так это никогда не открывать козырей и тому, что в покере полезно блефовать. Умелый блеф иногда идёт по цене хорошей монеты, а с драконами рекомендуется держать ухо востро, иначе сожрут и не поморщатся. Были, так сказать, прецеденты…

Вадим в мыслях стоя аплодировал актёрским талантам виртуальной артистки погорелого театра.

Случись чудо, воскресни Станиславский и кажись он рядом, то и у него не нашлось к чему бы придраться. Ши играла талантливо, танцуя на тонкой грани яви и виртуального фола, так что вердикт — "верю" она заработала честно. Инк превзошла саму себя. В ныне на окраине лесной поляны прикидывался глупеньким пушистым зайчиком тот зверь, который окажется не по зубам драконам. Изредка случается, что на зубастую рыбку нашлась хищница крупнее. Добыча превратилась в затаившегося охотника, предвкушающего сытный обед, ну, или хотя бы бесплатное развлечение.

Зато другой персонаж, в данный момент лениво перекладывающий сорванную травинку из одного угла рта в другой, оставался для Вадима загадкой. Американец удачно вписался в сложившийся в посёлке расклад. Эльфов, орков и дроу ни с какого бока не смущало заокеанское происхождение коменданта, а местные чиновничьи бонзы и армейские командиры по той же причине никак не могли подобрать к нему нужный ключик.

Русские нутром, если так можно выразиться, ощущали чуждость коменданта, всё же воспитание и жизнь в другой среде не скрыть никакими психологическими тренингами и приёмами. Элунд — другой и сей факт надо было просто принять, как данность. В администрации поселения люди сгорали от любопытства, пытаясь узнать, за какие достижения комендантом Таёжного оказался назначен американец. Ларчик открывался просто.