— Тактика и глубокая стратегия не входят в перечень моих талантов, я не силён в долгосрочном планировании и составлении прогнозов. Я говорю, что нужно делать здесь и сейчас. Здесь! Сейчас! Немедленно! Товарищ генерал армии, "потом" не будет. Потом придётся "гасить" Египет стомегатонными "батонами" или дружно сваливать с Земли впереди собственного визга. Пирамиды — это не могильные холмики над гробами фараонов, поймите это! Это транспортная система. Единый комплекс с координатной привязкой к геоактивным зонам и четко выверенным географическим координатам так называемых сакральных мест.
Захватив пирамиды здесь, псаны получат свободный доступ в Мексику, в Пермский треугольник и Карелию, захватят Памир и Гималаи. Вам придётся поставить на черную лошадку, товарищ генерал, довериться сопляку. Второе, пока ваши советники чего-нибудь не сморозили. Когда мы пробьем коридор к пирамидам, мне нужен будет соосный портал в какой-нибудь источник пресной воды, либо свободный доступ к полумиллиону тонн воды, подать которую необходимо на радиомагический маяк по первому требованию.
Товарищ генерал армии, разрешите обратиться к товарищу генерал-лейтенанту Санину?
Командующий всем корпусом по-носорожьи тяжело полуобернулся к Санину. Впервые Вадим стал свидетелем, как грозный и всемогущий представитель госбезопасности постарался стать меньше и выглядеть незаметней.
— Разрешаю, — корабельным гудком в тумане прогудел командующий.
— Товарищ генерал-лейтенант, Александр Владимирович, я надеюсь на вас. Впервые в жизни я требую от вас…, - Вадим покачал руками перед лицом, должные слова мучительно не желали ложиться на язык.
Что поделать, не Демосфен он, риторику в школе не изучал и с камнями за щеками бурлящее море не перекрикивал, поняв, что до древнего греческого оратора ему ещё тянуть и тянуть, Вадим вымученно замолчал. Ну, как в трёх словах сказать, что ему важней всего доверие. Не выбитое фактами и непробиваемыми доказательствами, а простое человеческое доверик, которое родственники испытывают друг к другу.
Он чувствовал, что отпущенное им время утекает струящимся песком между пальцев и старался через расстояние и потрёпанную разведкой эмпатию передать беспокойство штабным офицерам. Решетников проникся до печёночных колик, а те, что за голограммой оставались каменно непрошибаемыми изваяниями. Пожалуй, только Санин поймал волну и начал бросать на Белова тревожные взгляды. Возникла заминка. — Сделайте это! С вас порталы. По первому требованию. Незамедлительно.
