Стоунхендж

— Ну да, — возразил Томас, — разве можно жечь невиновных?

— А, тогда понятно... По вашей вере, надо сперва опорочить человека, чтобы оправдаться перед своей совестью.

— Сэр калика, ты не понимаешь. Сжигая ведьм, тем самым их спасаем. К тому же действуем на благо народа, чтоб ему ведьмы не вредили.

Олег оценивающе посмотрел на женщин, приготовленных для мучительной казни.

— А все-таки самых красивых выбрали... А говоришь, не в жертву!

— Они ведьмы!

— Зачем им быть ведьмами, когда они такие красивые? Им и так все отдадут, без колдовства.

Томас смотрел озадаченно.

— А как же... Я слышал, что все ведьмы могут быть красивыми!

— Это другое дело. Умная женщина сумеет быть красивой.

Томас покосился на Яру. На мужественном лице рыцаря было сомнение. Женщина, что едет с ним, очень красивая. Настолько, что у него сердце болит, когда она отводит взор или хмурится. А кончики пальцев жжет, как огнем, если невзначай коснется ее руки или — помоги Пресвятая Дева! — ее груди, как уже случалось.

Иначе почему каждую ночь ему снится такое, такое... что за одно воспоминание днем можно угодить навечно в геенну огненную?

Они не стали рассматривать сожжение, не до зрелищ, Томас на ближайшем постоялом дворе купил, по-рыцарски не торгуясь, трех коней и они проехали городок насквозь. За северными воротами лежала ровная утоптанная дорога.

Томас указал дланью:

— За тем холмом лежат владения сера Огдина.

— Хорошие места, — согласился Олег. Он потянул носом, прислушался, в голосе прозвучало сожаление. — Нет, медом не пахнет...

— Медом? — изумился Томас. — Здесь может пахнуть кровью, железом, горящим лесом или селами, но — медом?

Яра смотрела на калику с любопытством. Ее конь шел рядом, а ее нога касалась сапога калики. Томас пустил коня с другой стороны, чтобы видеть калику, а что взгляд то и дело соскальзывает на эту надменную женщину, то это по чистой случайности.

— Медом, — ответил Олег, взгляд зеленых глаз стал задумчивым, — настоящим вересковым медом."

"— Вересковым? — воскликнул Томас. — Сэр калика, ты заговариваешься от великой учености.

— Вересковым, — повторил Олег. — Настоящим вересковым. Волшебным, возвращающим молодость, здоровье, силы. Его умели варить пикты... был такой народ на Оловянных Островах, которые они назвали Альбионом, а высадившиеся на берег захватчики бритты — Британией.