Он на работе был строгих правил, с сотрудницами не заигрывал. Ну а вне работы расслаблялся по полной программе.
– Он не злоупотреблял спиртным?
– Да нет, пил как все. Иногда, правда, напивался, но это редко.
– Больше ничего нам не хотите рассказать? Есть свое мнение насчет того, кто его мог убить?
– Поверьте, парни, даже никаких намеков. Ну не из-за девчонки его убили? Да и встречались они уже с год. Тут что-то другое. Может, политика замешана, может, деньги.
– Девчонка блондинка? Светлая такая?
– Точно. А вы откуда…
– Вы остановились со стороны улицы.
Он обошел угол, и все. В какой подъезд он пошел, вы не видели?
– Нет."
"– Охранники где были?
– Оба на заднем сиденье сидели. Ралиф всегда только на переднем сиденье ездил.
– Подолгу он отсутствовал?
– Мог и часа три провести с ней…
В этот момент дверь в кабинет по-хозяйски открылась, и состоялось явление Сарибековой Натальи Ралифовны собственной персоной.
Наяву она показалась мне не такой вульгарной. Обычная девушка. А вот напарник уставился на нее, как на явившуюся из морской пены обнаженную Афродиту.
Только что рот от изумления не открыл.
– Здравствуйте! Меня зовут Наталья, я дочь Ралифа Худатовича. Возможно, вы и со мной решите поговорить.
В этот момент у меня зазвонил телефон. Опера нашли съемную квартиру.
– Наталья Ралифовна, нам, конечно же, есть о чем поговорить. Может быть, встретимся в другом месте?
– У нас дома устроит?
– Вполне. Сегодня, в семь вечера? Нормально будет?
– Нормально. Где я живу, знаете? – Она улыбнулась.
Так, слегка, одними кончиками губ.
Мог бы я ей сказать, что если надо будет, то узнаю даже, где у нее кровать стоит, да не стал хамить и вежливо попросил адрес. Определенные приличия должно соблюдать.
На моего напарника Наталья произвела сногсшибательное впечатление. Когда мы шли к автомобилю, он спросил:
– Ты видел, что она в чулках? Реально, в чулках!
– Ты, Сергей, дремучий человек. Ну и что, что она в чулках и юбке выше колен? Ножки у нее ровненькие, есть что показать.
– Да я просто не думал, что приличная девушка может носить такие вот ажурные чулочки. Нет, ты сам посуди, у нее вот так вот, реально, эти, как их, резинки видно было.
– Странное у тебя представление о моральном облике любимой дочери достопочтенного сенатора. Ей что, в парандже и шароварах надо разгуливать? Как затворнице? С ее-то деньгами? Будем считать, что она еще прилично одета. Вечером, может, нас вообще полуголая встретит. В каком-нибудь прозрачном пеньюаре.
