Да они за поездку в Прагу или Бухарест маму родную чекистам продадут, не то что товарища по светлому искусству. А здесь, в милиции, тебе надо результаты показывать. А их нет. Не сумел ты. А вот Данилов сумел.
– Откуда вы знаете?
– Интересуюсь, слежу, делаю выводы. Помнишь, я тебе говорил, что он большой человек. Теперь я в этом убедился окончательно. Вы его унизили, а он не сломался, остался таким, каким был. Я его в Москву верну. Год кончится, и верну. А вот что с тобой делать? Сегодня я с работы рано приехал, мы с Инной гулять пошли и знаешь кого встретили?
– Ленина.
– Муравьев налил себе еще рюмку.
– Не остри. Твоего сослуживца бывшего, как его… Белова с женой. Они дачу снимают в поселке Новь. Так он уже кандидат наук, докторскую готовит.
– Ну и что? – Вторая рюмка пошла хорошо. Игорь почувствовал прилив сил, голова заработала острее и четче.
– А то, что, к примеру, погонят меня с должности, я инженером пойду. Подучиться придется, но, думаю, справлюсь. А ты? У тебя за спиной школа НКВД и шестимесячные курсы повышения руководящего состава МГБ.
Все.
– У Абакумова и того не было.
– Ишь ты. Значит, в министры метишь?
– А почему бы и нет. – Коньяк сделал Игоря наглым.
– Рано тебе в министры. Но и в управлении тебе работать нельзя. Погоришь – никто не спасет. У Хозяина рука тяжелая. Поэтому я с соседом-то нашим сегодня за ужином переговорил. Пойдешь в ЦК, в адмотдел. Будешь завсектором, курирующим милицию. Должность генеральская, оттуда дорога прямо в замминистры или рост по партийной линии.
Учиться поступишь в Высшую партшколу заочно. Там для таких чиновных неучей специально двухгодичный факультет сделали. Диплом получишь. Какой-никакой, а диплом. Ну, пошли спать, генерал, у меня завтра день трудный.
РАЙЦЕНТР. СЕНТЯБРЬ
ДаниловСветало медленно. Неохотно приходил день на осеннюю землю. Когда вездеход выехал из городка, стало еще темней, вдоль дороги плотной стеной стоял лес.
О том, что в трех километрах от города нашли труп, сообщил в райотдел инспектор ОРУДа старшина Колосков.
Вездеход бойко мчался по разбитому асфальту, и наконец Данилов увидел красную светящуюся точку.
Старшина Колосков подавал сигнал.
Вездеход остановился рядом. Старшина в сером дождевике поверх шинели, в низко надвинутой фуражке подошел к машине:
– Товарищ полковник…
– Ты, Колосков, – Данилов открыл дверцу, обтянутую брезентом, – сразу скажи, как труп обнаружил.
– Не я нашел, а Проша.
– Кто?
– Пес наш. Приблудный он, живет у нас во дворе отдела.
