– А как мы документы переделаем?
– А зачем? Напишем в справке, что, реализуя совместные оперативные сведения, провели операцию.
– Леша, ты помнишь, что у тебя бумага лежит на Лялина и Евдокимова?
– Как же забыть такое.
– Что делать будем?
– Другой бы сказал: приеду – порву. Но я тебе врать, Ваня, не буду, я ее поутру спишу в архив.
– Вот это по-мужски. А совместную справку о ликвидации подпольного печатного цеха давай напишем. Только Терехова Васю-Мишу заловить надо.
– Зацепки есть?
– А то. Ты, Леша, здесь покомандуй, а я в контору, пора бабки подбивать.
Данилов ехал на Петровку и думал о том, что Муравьев, видно, не зря всю ночь носится по Москве: бог даст, выйдет он на эту сволочь Грека.
Муравьев"
"А он и не бегал по Москве. Он сидел в хорошей компании и играл в преферанс. Игорю сегодня везло, и он был необыкновенно доволен. Закончил пульку на рассвете.
Муравьев вышел на террасу дачи, вдохнул пахнущий хвоей воздух, потянулся. Спать не хотелось. А еще больше не хотелось ехать утром на работу.
ДаниловОн успел вздремнуть пару часов на заслуженном кожаном диване. Ровно столько, сколько отмерил ему один из четырех телефонов, стоявших в его кабинете. Разбудил его «черный ворон», телефон прямой связи с начальником.
Звук у него был пронзительный, как зубная боль.
Данилов, натыкаясь на углы стола, пролез к аппарату.
– Данилов.
– Спишь, Иван? – Голос начальника был лучезарно бодр.
– С тобой поспишь.
– Давай ко мне, поведаешь о стрельбе в Грохольском.
– Сейчас, только побреюсь.
– Жду.
Данилов достал из шкафа бритву, мисочку, помазок. Потом достал из сейфа электроплитку и поставил на нее чайник.
Нарезал в мисочку мыло, плеснул кипятку.
Данилов брился, когда в дверь постучали.
– Да.
– Можно, Иван Александрович? – Вошел Сергей Белов.
– Ну, как банкет, Сережа?
– Наружка довела объект до дома. Он живет в Мареновском переулке, дом семь, квартира двенадцать. Квартира отдельная. Машина, госномер МА 22–43, принадлежит артели «Швейник». Стукалин работает там начальником цеха пошива.
– Что делают?
– В основном заказы для фронта. Комбинезоны, гимнастерки, ватники. Но есть и небольшая часть продукции гражданской. Пальто, костюмы, рубашки из использованного парашютного шелка. Допрошенный мною дворник подтвердил, что два месяца назад к Стукалину приходили сотрудники органов, в качестве понятых приглашали его и жену. С его слов, дворник Морозов…
– Почему не допросил жену?
– Она умерла в прошлом месяце.
