Странная Салли Даймонд

– Кто знает, сколько других наших родственников может быть на свете, Салли? У Конора Гири могут быть и другие дети. Мы не знаем, что за человек Питер. Нам нужно соблюдать анонимность. – Так что я была СД, Марк – МБ, а Питер – ПГ.

Через два дня Марк нашел аудио с упоминанием «моего мальчика». Эта запись была сделана еще в доцифровую эпоху. На ней отец обсуждал с Дениз ее излишнюю привязанность к Мэри (ко мне).

Том: Дениз, я заметил, ты все время следишь за маленькой Мэри. Ты же понимаешь, что вы теперь в безопасности? Вас больше никто не обидит.

Дениз: Я все еще боюсь.

Том: Чего ты боишься?

Дениз: Он ее заберет.

Том: Дениз, его здесь нет. Ты больше никогда его не увидишь.

Дениз: Он забрал моего мальчика.

Дениз: Неважно. Я его не хотела.

Дениз: Не говорите с ней.

Том: Почему нет? Ты думаешь, я могу причинить ей вред?

Джин: Том, может быть…

Том: Помолчи, Джин. Дениз?

– Не понимаю, что она имеет в виду под «Я его не хотела»? – удивилась я. – Почему она могла его не хотеть?

– Мы не можем быть уверены, что она говорила про Питера.

– А о ком еще она могла говорить? Дениз сказала, «он забрал моего мальчика».

– Странно все это, да? – Марка явно раздражал мой отец. – Как ты думаешь, Джин о чем-то догадалась?

– Не уверена. Может, она просто хотела подсказать отцу, что нужно быть более терпеливым? Когда он спросил Дениз, не боится ли она его, та могла воспринять это как угрозу.

– А с тобой он так же себя вел? Нетерпимо? – спросил Марк.

– Нет, совсем нет. Ко мне он всегда был добр и снисходителен.

– После всего, через что она прошла? Тебя это удивляет? – Марк повысил голос.

– Извини. Я забыла, что ты знал ее. Она была твоей старшей сестрой. Хотелось бы и мне ее помнить.

– И за это мы тоже можем поблагодарить Тома Даймонда, – произнес Марк желчным тоном.

– Он делал все, что мог и что считал лучшим для меня. – Мне уже надоело, что все вокруг плохо говорят об отце. Может, он и не делал, что на самом деле следовало, но все это было из лучших побуждений. У меня была масса времени, чтобы поставить себя на его место и как следует подумать, как бы себя повела я. Тина помогла мне это увидеть. Я простила его. Мы не можем изменить прошлое, – наконец выдала я.

– Я не могу понять только одно, – произнес Марк.