Странная Салли Даймонд

– Мне так не кажется.

– Да? Ну, поговори об этом с Тиной. Может, это произведет на тебя терапевтический эффект.

– А может, это произведет убийственный эффект.

– Необязательно. Не попробуешь – не узнаешь.

Марта и Удо жили в новом районе на окраине деревни. В начале вечеринки я в одиночестве пряталась на кухне, забившись в угол и делая вид, будто с интересом изучаю растения на подоконнике. Постепенно все начали знакомиться. Я увидела тех людей, о которых говорила Кэролайн. Одна семья – Родриго и Фернанда – была из Бразилии.

Еще пришла разведенная индийская женщина по имени Ануба с двумя детьми и темнокожая британская пара Сью и Кеннет с тремя. У Марты и Удо был огромный сад, и, несмотря на пасмурную погоду, к концу вечера дети уже играли все вместе в домике на дереве, который построил Удо. Они были ужасно шумные. В качестве компромисса я вставила беруши только в одно ухо.

Вспомнив все подсказки по поводу общения, которые мне перед вечеринкой дала Тина, я рассказала новеньким пару вещей о себе. Я живу одна и люблю играть на пианино.

Дебюсси – мой любимый композитор. Я ищу работу.

Более сложной задачей оказалось задавать им вопросы о них самих. Я спросила Родриго и Фернанду, планируют ли они завести детей. Марта прервала меня, отвела в сторону и объяснила, что не стоит задавать такие личные вопросы. Жаль, что Тина не написала еще и список правил, который можно выучить. Потом Фернанда рассказала мне, что они стараются создать семью. Я знала – это значит, что они много занимаются сексом, и тогда поняла, почему этот вопрос такой личный.

Родриго спросил меня о моем опыте работы. Я ответила, что никогда не работала.

– Моя мать умерла, когда я была совсем молодой, и я заботилась об отце, пока он не умер пятнадцать месяцев назад. – Они мне посочувствовали. Отец Родриго тоже умер в прошлом году. Я спросила его, как прошли похороны, и Родриго рассказал о бразильских традициях похорон, которые в общем были очень похожи на ирландские, только он удивился, что здесь принято приносить еду в дом скорбящих.

– Как можно есть в такое время?

– Я могу есть в любое время, – заявила я.

После этого повисла небольшая пауза, так что я решила переместиться ближе к Анубе, милой миниатюрной индийской женщине. Когда я представилась, она сказала, что очень хотела бы научиться играть на пианино, но у нее совсем нет времени – ведь она мать-одиночка с двумя детьми.

– Что случилось с их отцом? – спросила я. Марта стояла у Анубы за спиной, по-видимому, мониторя наш разговор.