Здесь дела обстояли намного хуже, если меня спасала даже разряженная кольчуга, и удалось отделаться только сломанными ребрами и синяками, то Тузика едва не перерубили пополам. Удар меча немного не дошел до позвоночника и, пройдя вниз между ребер, разрубил печень и кишечник. Вторая рана на лапе выглядела не так страшно, здесь была перерезана только одна мышца. По всем законам природы малхус должен был быть уже покойником, но он не только не умер, но еще мог передвигаться. Магическая сущность эльфийского волка закупорила разрубленные сосуды, и кишечник, но Тузик практически израсходовал свой запас 'Силы'.
После подкачки ауры малхуса процесс заживления пошел лавинообразно, и у Тузика, как в фильмах ужасов, буквально на глазах заросли страшные раны, как будто их и не было. Со мной дела обстояли похуже, процесс регенерации начался и шел значительно быстрее, чем у обычного человека, но до полного восстановления должно было пройти не меньше суток.
Закончив самолечение, я отправился к раненым, лежавшим в тени высокого дерева возле ручья.
Двое из тяжелораненых умерли, и я им помочь уже не мог. На этот раз мне неожиданно стал помогать Тузик, он подошел к бойцам и начал зализывать их раны, которые стали затягиваться буквально на глазах. Шерсть малхуса снова заискрилась и с нее на руки раненых начали перебегать голубые искорки. Мне оставалось только подкачивать ауру Тузика, и через час все бойцы были на ногах. Среди раненых лежал без сознания Арчер с головой забинтованной какой-то тряпкой. Дежуривший при лазарете лекарь рассказал, что когда разведчик выстрелил из метателя, его сшибло с ног отдачей, и он крепко приложился затылком об камень.
Мне стало понятно, почему выстрел был только один. Может оно и к лучшему, а то от галер могли остаться только головешки и так с ремонтом придется повозиться. Пока я реанимировал горе артиллериста, пытаясь привести его в чувство, вокруг столпились свободные от караула воины и старались коснуться целебного Тузика, в сторону князя даже никто головы не повернул.
Эта ситуация задела меня до глубины души и я разогнал страждущих, отправив заниматься неотложными делами. Арчер, наконец, открыл глаза и сел, ощупывая руками свою голову. По-моему, он толком не помнил, что с ним произошло.
– Ну что, снайпер хренов, головка бо-бо? Как тебя угораздило себя чуть не угробить, ты же стрелял из метателя раньше.
– Я с треноги стрелял, в этот раз решил выстрелить с руки, вот меня и унесло. Откуда я знал, что он так лягается.
