Принцесса должна уплыть на Тарон к своему отцу, а я даю вам слово, что с вами ничего не случится, тебе даже денег дадут за молчание, много денег! Поймите, этот мезальянс до добра вас не доведет!
Предложение денег за молчание и упоминание мезальянса только подогрело мой игривый настрой, и снова из моей души вылезла оскалившаяся морда зверя. Я поднял с колен Викану и усадил ее в кресло, а затем медленно подошел к Мистиру.
– 'Остапа понесло', – мелькнула в голове идиотская присказка. Я сделал удрученный вид и с надрывом заявил:"
"– Лэр Мистир Вы даже не представляете, насколько Вы правы! Если бы мои родители знали, на какой мезальянс заставила меня пойти любовь к самой обычной принцессе из захолустного мирка под названием Геон, то до конца поняли мои страдания! Любовь страшная сила, перед которой рушатся все сословные преграды, заставляя 'высокорожденных' опускаться даже до гвельфов с какого-то Геона! Я 'сиятельный' Ингар 'черный дракон, скользящий между мирами', 'истинный высокородный', хранитель 'Нордрассила' и повелитель малхусов, в жилах которого течет 'кровь древних', влюбился в Викану и отдал ей свое сердце и титулы.
Друг мой, вы буквально рвете на части мое израненное сердце!
– Не паясничай грязный дикарь или я отрежу твой поганый язык! – заявил Лаэр. Гвельф, сделал шаг мне на встречу и вытащил меч из ножен.
– Тузик пора! – приказал я внутренним голосом малхусу, и спектакль подошел к своей кульминации.
Тузик, утробно зарычав, перетек из образа дворняги в сверкающего сполохами молний, голубого малхуса и преградил дорогу 'приносящему смерть'.
Гвельфов от страха буквально размазало по стенам и они, одновременно выдохнув слово – 'малхус', застыли как парализованные. Я снял защиту со своей ауры и разогнал потоки 'Силы' вокруг тела до голубого свечения. Гвельфов начала колотить мелкая дрожь, а Мистир стал икать с перепуга. Для пущего эффекта я снял с шеи медальон 'хранителя' и поочередно ткнул им в рожу каждому из 'перворожденных'.
Эффект превзошел все ожидания: Мистир икая, сполз по стене на пол, младший 'приносящий смерть' грохнулся в обморок но, разбив себе нос о стул, очухался и уполз в угол. Только Лаэр героически стоял на трясущихся ногах и пытался сохранить остатки собственного достоинства.
– Мне кажется, все из присутствующих догадались, кто перед ними находится, но мне непонятно почему вы так нагло себя ведете? – продолжил я издеваться над гвельфами.
