Я вытащил из метателя заряженные камни 'Силы' и сразу же начал перекачивать в себя магическую энергию. Семи камней хватило лишь для того, чтобы зарядить ауру на половину, таким неожиданным способом мне удалось оценить примерную емкость своих магических аккумуляторов. Медлить с операцией становилось опасно, и я приказал Викане начинать экзекуцию. Чтобы иметь возможность контролировать ход операции, мне было нельзя принимать обезболивающее, поэтому я зажал в зубах кусок палки, чтобы не поломать себе зубы и не откусить что-нибудь нужное.
Через час, мокрый как мышь 'Ингар Великий', лежал завернутый в простыню и тихо поскуливал от боли, словно побитая собака. Операция прошла более или менее успешно, но до полного восстановления было еще очень далеко. Хорошо, что я догадался подстраховаться и зажал в зубах полуметровую палку, от которой к концу операции остался огрызок чуть длиннее карандаша, иначе бы на мои вопли сбежался весь Геон. Поддержание имиджа сверхчеловека постоянно выходило мне боком и плохо отражалось на здоровье и нервах, но иного выбора у ходячей легенды, не было.
Викана нежно вытирала с моего лица слезы и сопли, которые потоком лились из ее муженька в процессе операции, и баюкала мою голову у себя на коленях. К своему стыду, у легендарного героя возникли очень серьезные подозрения, что простыня, в которую он завернут, мокрая не только от слез и пота. Хирургия без анестезии и при разряженной ауре, удовольствие малоприятное и очень вредное для имиджа супермена.
На повторение подобного подвига я никогда больше не осмелюсь, уж лучше помереть к чертовой матери!
Постепенно мой воспаленный мозг перестал вопить от боли и ужаса и Викане удалось меня усыпить. К полудню я проснулся от голода, что послужило веским доказательством улучшения моего самочувствия. Викана накормила меня жирным бульоном и напоила соком аурии, после чего я окончательно проснулся. Караван уже вторые сутки стоял лагерем на площадке у лестницы, дожидаясь, когда моя рана позволит двигаться дальше.
Процесс заживления проходил успешно, но перебитая кость еще не позволяла встать на ноги. Викана запаковала мою ногу в лубки от бедра до щиколотки и требовала, чтобы я лежал еще хотя бы пару суток. Так долго я лежать не собирался, однако для вида был вынужден уступить напору жены.
Чтобы не терять времени даром я вызвал Лаэра с Дартом и потребовал доклада о результатах разведки и обстановке в лагере.
