Странник. Книга вторая.

Мне до сих пор не удалось разгадать загадку такого поведения женщин. Во время ухаживания и соблазнения будущего мужа, они одеваются как фотомодели, а стоит поставить штамп в паспорте, то суженый превращается в пустое место, для которого и драный халат сойдет. Скрашивая ожидание каравана с Кионой подобными мыслями, я позавтракал всухомятку и начал обустраивать свою стрелковую ячейку. Ночное бдение полностью сформировало план боя и мне осталось только подправить некоторые нюансы. Мучаясь от безделья, я очистил площадку за валуном от камней и мусора, выбрал сектор обстрела и воткнул в землю десяток стрел, чтобы не тратить время на вытаскивание их из колчана.

Ближе к полудню по дороге проехала повозка, на козлах которой сидел Арданай, подгоняя кнутом тощую клячу. В телеге тряслись охранники, придерживая готовые выпасть на дорогу вещи. Окликнуть его мы не могли, боясь рассекретить засаду, и телега скрылась за поворотом. В моменты, когда на дороге не было повозок и пешеходов мне удавалось встать на ноги и примериться к луку, проверяя возможность ведения огня в обе стороны дороги.

Глядя на мои экзерсисы Арчер начал улыбаться в кулак, но пробный выстрел, сбивший какую-то курицу с дерева на расстоянии с полверсты, заставил его удивленно разинуть рот. Движение на дороге то усиливалось, то затихало, но долгожданный караван как сквозь землю провалился.

Солнце перевалило далеко за полдень, и в голову стали закрадываться черные мысли, правда, не успевшие оформиться в понимание того, что нас обвели вокруг пальца.

Выбежавший из леса боец, оставленный мною возле усадьбы старосты, своим появлением меня поначалу обрадовал, но его рассказ окончательно похоронил едва мелькнувшую надежду.

Разведчик рассказал, что после полудня из усадьбы вышел отряд меранцев и, сняв патруль и охрану у ворот, ушел в сторону порта, ни Кионы, ни магов с ними не было. Прождав еще около часа, боец захватил вышедшую из усадьбы кухарку, которая рассказала, что ведьма еще вчера, сразу после прибытия в усадьбу, села в фургон и уехала из Хирда в Карс.

Фургон, который едва не задавил нас на дороге, как раз и был тем транспортом, на котором смылась ведьма.

В этом месте, наверное, следует поставить многоточие, потому что мат, разнесшийся над округой, печати не подлежит. Матерился я долго да еще на двух языках, на русском и на меранском. Мое войско попряталось за валуны, приняв слова на русском языке за какое-то заклинание.