А сейчас это существо умирает у меня на руках и вместе с ним умирает самая чистая половина моей души.
– Господи за что мне это? – закричал я, обращаясь к небесам. – Что такого я натворил в своей жизни? За что ты забросил меня в этот ад? Почему за мной охотятся как за прокаженным? За что ты убиваешь самое безгрешное и несчастное существо на Геоне? Господи дай мне силы спасти его от смерти и делай потом со мной что хочешь!
Адреналин огненной струей потек по моим венам, сердце барабаном застучало в груди. Мир вокруг погас, и меня окружила непроницаемая стена.
На этом свете остались только я и умирающий шак. Вокруг рук засиял ореол 'Силы' и от меня осталась только душа и огненный взгляд. Тело 'Первого' стало прозрачным, и я увидел обломок стрелы, застрявший в его печени. Кровь толчками вытекала из разорванных сосудов, а вместе с ней уходили и остатки жизни. Мне удалось погрузить руку в тело 'Первого' и протолкнуть наконечник стрелы наружу. Наконечник медленно вышел из спины раненого, и я отбросил его в сторону.
Теперь наступила самая сложная фаза лечения. Мои руки, проникая в тело шака, останавливали кровотечение, закрывая разорванные сосуды, извлекали свернувшуюся в животе кровь. Из моей ауры протянулся лучик 'Силы' к ауре умирающего, задерживая его в этом мире. Остановив кровотечение, я начал наполнять энергетические потоки в теле 'Первого'. Много сил отняло удаление черного водоворота в ауре поврежденной печени. Постепенно мне удалось восстановить энергетическое тело шака, но он все равно угасал.
Кровопотеря оказалась очень большой и материальное тело 'Первого' задыхалось от недостатка кислорода. Нужно было что-то немедленно предпринимать. Моя душа вернулась в материальное тело, и мы снова оказался на тропинке между болот. Решение пришло само собой, я снял нож с пояса шака и разрезал вену на левой руке.
– Пей, давай! – приказал я 'Первому' поднося разрезанную руку к его губам.
Шак с закрытыми глазами начал пить текущий из вены ручеек.
Постепенно его лицо посветлело и 'Первый' перестал быть похожим на труп. Ресницы на синем лице задрожали, и он открыл глаза.
– Хватит делать из шака вампира, – решил я и убрал руку от его губ. Самочувствие 'Первого' стремительно улучшалось, и он открыл глаза.
– Где я? – спросил шак с блаженной рожей.
– Напился моей кровушки с адреналином, кровопивец, вот и балдеет! – осознал я ситуацию с чудесным воскрешением 'Первого'.
– Где я? – снова произнес раненый.
