Чрез полчаса я уже свежий как огурчик, надев лучшие вещи из своего гардероба, дожидался посыльного от Луца в ресторане гостиницы. В процессе поглощения завтрака в моей голове непрерывно крутилась идея создания на Геоне алкогольной промышленности или хотя бы пивоваренной. Сладкая бражка, называемая мною для простоты вином, на вкус была очень ничего и пилась как пепси-кола, но на утро буквально убивала. Самогон, которым меня поил Луц в Гедеоне, отличался большой крепостью, но очень тяжело ложился на душу. За время близкой дружбы с 'Вакулой', моим наставником в кузнечном ремесле, мне удалось перенять от него древнее искусство самогоноварения.
'Вакула' являлся большим любителем этого напитка и у нас в кузнице стояли два прекрасных самогонных аппарата. Мои романтические мечты по поводу выпуска на местный алкогольный рынок водки под названием 'Слеза Виканы', были прерваны появлением посыльного. Я отложил свои мечтания и направился следом за провожатым. Мы пришли в знакомую таверну напротив префектуры, где нас уже ждали Луц и Райнер.
Чиновник был уже слегка навеселе, но еще вполне адекватным.
– Валлин, я по некоторым причинам пойти к Лили не смогу, но с тобой пойдут двое моих людей для поддержки и Райнер, который вручит ей постановление префектуры о вступлении тебя в права наследования, – начал с места в карьер Луц. – Будь по тверже, Лили женщина тертая и может выкинуть какой-нибудь фортель. Документы с собой не бери, хватит ей и выписки из префектуры. А теперь мне пора.
Луц раскланялся и вышел из таверны.
Я торопить Райнера не стал и дождался, когда он закончит трапезу. Чиновник, поняв, что выпивку никто заказывать не собирается, со вздохом поднялся из-за стола. По дороге я обрадовал Райнера, сказав, что когда мы закончим официальную процедуру передачи кузницы в мое владение, то сразу вернемся к продолжению банкета. Нам снова пришлось зайти в гостиницу за документами, шаком и Тузиком. Луц предупреждал меня, чтобы я не брал с собой документы. Однако я решил, что если дело пойдет наперекосяк, то придется смываться из города, а документы оставлять нельзя.
Наша кавалькада выехала из гостиницы и направилась к городским воротам. Через полчаса мы подъехали к глубокому каменному карьеру, до половины заполненному водой и остановились возле здания окруженного трехметровой каменной стеной. Ворота во двор оказались закрыты, и Райнер начал стучаться в железную калитку в стене. На втором этаже открылось окно и из него высунулось красивое женское лицо.
