— Вот так же и пчела: бьется, бьется в закрытое окно, за которым стоит цветок, полный нектара. Эх! А ведь окно-то открывается изнутри!
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Настоящая коровкаФаи вынашивал в своей голове хитрый план. Он был уверен, что Дёри дал Йожи Видонке денег и теперь отсылает за границу, чтоб лишить Бутлера самого важного свидетеля. Значит, барон не доверяет Видонке. Из этого следует, что Дёри не теряет времени даром: он выставит лишь тех свидетелей, в которых уверен и которые, все как один, покажут на суде каноников, что обряд бракосочетания был совершен по всем правилам.
При таких обстоятельствах было б непростительной беспечностью упустить этого единственного ценного свидетеля, дав ему возможность уехать в Польшу или даже в Америку. Наоборот, любой ценой надо заполучить Видонку и крепко держать его в своих руках. ""Это знамение господне, — думал Фаи, — что Видонка встретился мне на пути"".
Вот почему он так спешил к гостям, оставив в одиночестве старика Крока. Почтенный господин Гриби очень обрадовался, увидев Фаи (трактирщик с первого взгляда понял, что этот благородный господин — славный человек).
А когда Фаи, присоединившись к гостям, пригласил на чардаш вдову Хадаши, Гриби готов был отдать за него жизнь. Фаи едва дождался минуты, когда смог отозвать жениха в угол, чтобы немного позондировать почву.
— Я слышал, молодой человек, что вы покидаете страну?
— К сожалению, да. Но что может поделать бедняк!
— Жалко, что такой молодец, такой на диво способный мастер уезжает на чужбину.
— Да, очень жалко, — согласился польщенный Видонка.
— Я слышал о вас много хорошего.
— Значит, правду говорили. Но что из того? Надо уезжать. Раз нужно, значит нужно!
— Я вот, между прочим, ничего не жалею для того, чтоб помочь отечественным талантам. Что бы вы сказали, если б я пригласил вас в свое имение столяром? Жалованье положу вам приличное. Только работайте, развивайте свои способности и знания.
— Я заплакал бы от досады, но все же ответил, что должен уехать.
Лучше не бередите душу, ваше благородие.
Фаи ринулся в бой. Он знал, что сейчас борется с Дёри; это — битва, а на войне все средства хороши.
— Послушайте, а как было б чудесно! Вы жили бы в замке со своей молодой женой, чувствовали бы себя таким же господином, как и управляющий, лакеи звали бы вас не иначе, как ""ваша милость"".
Видонка вздохнул.
— В имении есть роща вековых ореховых деревьев; таких, что и трое мужчин обхватить не смогут.
