Когда понял, что ни на подмостках, ни на экране бо́льшего ему не добиться, бросил актерскую карьеру и подался на телевидение. Вы можете видеть его в качестве приглашенного гостя на многих ток-шоу на различные темы. Многодетные семьи, криминальные разборки, закулисные интриги – у него всегда есть что сказать по любой теме. И ему абсолютно безразлично, что вы о нем подумаете… Когда отец открыл клинику, то прежде всего ориентировался на обычных людей, а не на знаменитостей. Потому и цены были приемлемые. О нем до сих пор вспоминают те, кому он помог.
Вежливый и понимающий доктор, который любил свое дело. Когда мне становится хреново, то я читаю эти отзывы. Я не могу подвести его, понимаете? Не рвусь выше, но хочу хотя бы не опозорить его наследие. Вы, наверное, думаете, что я выпячиваю собственную значимость? Это не так. Все это лишь предисловие, и мне бы хотелось, чтобы вы знали о том, с чего все начиналось.
Алексей ошибался. Лев Иванович не считал рассказанное ему чем-то пафосным, но, если честно, чего-то важного в услышанном он пока что не нашел.
Ему изливали душу, и делал это человек, чьей семье существенно навредили физически и психологически в том числе. Все его мысли и действия были продиктованы желанием вернуть утраченное, и он, наверное, неспроста притащил Гурова в свою клинику.
– Я вас понял, Алексей, – ответил Гуров. – Продолжайте, а я уж сам решу, что из вашего рассказа взять на заметку.
– Спасибо, – Долецкий накрыл ладонью страницу. – Время шло, и статус пациентов медленно, но верно менялся.
Выросли цены, без этого никак, и отец как мог старался не задирать их очень высоко. Но нынешняя жизнь диктует свои условия. Постепенно в клинику стали обращаться обеспеченные клиенты.
– Максим Голенко был среди них?
– Не он, а его мать. Причем сначала она приходила сюда в то время, когда прайс был демократичным. У нее была депрессия, которая началась после смерти последнего мужа. Тот совершил суицид, и она не могла понять причин его поступка. В общем, запуталась и решила попросить помощи у специалиста.
Отец ей помог. Вел с ней долгие беседы, порой и после работы, по телефону. Он опрометчиво дал ей свой личный номер телефона, и женщина названивала ему даже по ночам. Однако отец не сердился. Напротив, говорил, что пусть будет лучше так. Он видел прогресс и верил, что вскоре ей станет легче. Именно она стала первой, кому он прописал редкий антидепрессант. В нашей стране его не производят, стоит он дорого. Не каждый может себе позволить этот препарат.
