По сути, я и понять ничего не успела. Поскольку всё равно толком ничего не почувствовала. Возможно лишь что-то похожее на давление в том месте, куда мне перед этим на кожу прыснули мгновенной «заморозкой».
– Постарайся не шевелиться. Мне нужно ещё несколько секунд.
Так он что? Уже?"
"Чёрт! Моё сердце, казалось, ещё немного и вот-вот выпрыгнет через горло наружу. Так что мне действительно понадобилось не абы сколько сил, чтобы устоять в ровном положении без движений ещё где-то с полминуты. Хотя, если так подумать, то чего тут было вообще бояться? Боли не было никакой, каких-то неприятных ощущений тоже, если не считать ощущение близости самого Кроноса и его мягкие касания на моей оголённой коже, больше схожие с ненавязчивым скольжением нежного шёлка.
Или же мне не нравилась мысль, что я стою перед ним в столь унизительной позе, и он может видеть всё, что у меня там сейчас ничем не прикрыто, а я ловить теперь любое движение воздуха – хоть тёплое, хоть холодное, от которого у меня вместе с действиями мужчины ещё больше мутнело в голове.
– Всё. Теперь можешь расслабиться окончательно. Процедура закончена.
Голос Крона, который показался мне более глухим и сиплым, чем до этого, сопровождался характерными звуками убираемых им вещей на столе. После чего я снова невольно вздрогнула, когда он вернулся на прежнее место, а его пальцы обхватили мою ягодицу, видимо, под тем местом, где находилась моя рабская метка. Зачем он это делал и для чего, оставалось только догадываться.
Возможно, следил за реакцией моей кожи на холодный ожог.
– Сейчас наложу повязку и всё. – кажется, его голос стал ещё более хриплым. Или мне показалось.
– В-всё?.. В смысле… мне можно будет уйти?..
– Уйдёшь, когда я сам об этом скажу.
Нет, мне не послышалось. И его тон мне почему-то не понравился. Как и его последующие действия, после того, как он действительно наложил на тавро едва ли ощутимую мной повязку, вслед за которой мне пришлось угадывать лишь по звукам, что он там делает ещё.
Вернее, что делает сам. Снимает перчатки? Расстёгивает ширинку?..
Если там, где мне ставили клеймо я ни черта не чувствовала, то оставшаяся чувствительность моего тела зашкаливала в эти мгновения практически в разы. И уж не ощутить, как он коснулся пальцами моей промежности и прошёлся ими по чуть влажным складкам до самого клитора, я, естественно не сумела. Как и не дёрнуться от данного прикосновения, будто от реального ожога.
