Только разочарование. Стаса до сих пор нет. Где же носит этого козла?!
— Очнулся? — меня пинает по ногам…
— Да ладно?! — узнал сразу эту рожу. — Ты серьезно?! — вот ни грамма не удивлен. И теперь понимаю, что правда ждали. Он знает меня слишком хорошо. Веденеева выгнали из нашего отряда за торговлю наркотой еще тогда, до гибели Лесиного отца. Он же и выгнал. И теперь он здесь, а я валяюсь в ногах у отмороженного придурка. — Только не говори мне, что это тебя я искал после того, как положил ту мразь за в баре за городом.
Не разочаровывай меня еще больше, — практически умоляю его."
"— Ангел… — выплевывает мой старый знакомый. — Это такая честь, поймать тебя! Я все ждал, когда же найду слабое место у самого безжалостного убийцы. И все оказалось в итоге так банально. Баба! Сука, смазливая беременная телка и ты у моих ног! Нравится?! — он снова меня пинает. — Что же не грохнули тебя тогда? Я так старался. Отряд привел, а командир тебя собой закрыл. Это ж надо! Меня выгнал, опозорив и унизив, а за тебя жизнь отдал! Но все меняется, — он упивается ситуацией.
Ему в кайф, а я слушаю и охуеваю. Так вот откуда они взялись! Тогда так и не нашли наводчика. Было очевидно, что мы не просто так пропустили отряд боевиков, напавший на нашу группу, но все не могли понять — КТО?!
— Веденеев, — смотрю на него с презрением. — Ты уже мертв, — его коробит мое спокойствие. Оно вышибает мужчину из колеи. Звучит приказ.
— Вывести его в большую комнату. Развлечемся! — меня подхватывают, волокут туда, где больше народу.
Сейчас будет представление. Только жалобный стон моей девочки заставляет нервничать.
— Нет, — просит она очень-очень тихо. — Не надо, я прошу вас, — все, особенно я, упорно делаю вид, что не вижу. Нельзя. Иначе сломаюсь, потому продолжаю свою игру.
— Что? — сплевываю кровь на пол уже в импровизированной гостиной. Хреновый знак, ну да ладно. Лишь бы Стас вытащил Лесю. На себя плевать. Я всегда знал, что сдохну как-то так. — Слабо тебе значит было выйти один на один.
А сейчас, когда я отпор дать не могу, смелый стал? — вокруг гробовая тишина. — Выродок! — вновь сплевываю на пол. Красное пятно просачивается в бетон, оставляя темный след. — И строители тут говно! — хмыкнул с досады. — На материале экономят, — получаю удар тяжелым ботинком в лицо. Меня откидывает на спину. — Сссука, — рычу на него. — Вот в этом ты весь, Веденеев. Только и можешь, что добить лежачего!
Мой бывшей сослуживец почему-то обиделся на последние слова.
