Страшные сказки закрытого королевства

Говорила только про любовь, души, обряд единения, но в детали не посвятила…

Мои последние слова заставили дракона болезненно поморщиться. Он явно знал про этот обряд больше меня, и ему совсем не понравилось, что та, которой он когда-то дорожил, связала себя подобными магическими узами.

А я продолжила, стараясь рассказывать детально, как было велено, но короткими фразами и по существу:

– Потом папы не стало. Накануне он послал за моим единокровным братом, Гаспаром. Он бастард, намного старше меня, и жутко злился, что наследство и титул должны перей-ти ко мне, ребенку, рожденному в браке, а не к нему, старшему сыну.

Гаспар приехал утром. Не один, со своей шайкой, все пьяные, веселые… Мы с мамой боялись, что он сделает что-то с нами. С самого детства Гаспар шпынял меня, проклинал и обещал, что я сдохну в нищете, он позаботится. Он терпеть не мог всех нас.

– Альенда всегда была слишком доброй и мягкосердечной. А проблему нужно решать в зародыше и сразу избавляться от врагов. Она могла это сделать легко, никто бы и не догадался, – обронил мой собеседник.

Это ужасно, наверное, но я была с ним согласна. Цинично, аморально и беспринципно, ведь Гаспар мой брат. Но, да, лучше бы этого врага не было в нашей жизни. Когда я стала такой жестокой? Я мысленно грустно усмехнулась.

– Для меня мама обустроила тайное укрытие, о котором никто не знал. Мы с ней случайно нашли старинный план замка, на котором был отмечен потайной коридор, ведущий наружу. Мне пришлось спрятаться. Предполагалось, что она придет за мной, если всё будет хорошо, выпустит.

Если же не появится, то нужно было затаиться. Она боялась, Гаспар убьет ее, чтобы добраться до наследства. А следом и меня. Она не пришла…

– Дальше! – скомандовал дракон, так как я сделала небольшую паузу. В горле пересохло и от долгой речи, и от нахлынувших горьких воспоминаний.

– Мне пришлось просидеть там месяц, пережидая, пока прекратится погоня, которую наверняка отправили за мной, не обнаружив в замке. Потом по тайному ходу выбрался наружу, шел пешком через всю страну.

Мне позднее люди рассказали. Для всех – графиня Альенда наложила на себя руки от горя по безвременно почившему супругу, – тут меня передернуло нервной дрожью. – А наследником всего состояния и титула стал Гаспар, единственный выживший отпрыск графа, его старший сын, незаконнорожденный, но признанный.

– Альенду убил этот Гаспар?

– Уверен! Он неоднократно, с самого моего детства, грозился прирезать меня. А маму ненавидел лютой ненавистью.