Страшные сказки закрытого королевства

Из кузни, располагавшейся на другом конце небогатого селения, шел черный дымок и доносился металлический стук. Кузнец или его помощник уже занимались делами. Вот туда я и направилась.

Заглянув во двор, обнаружила телегу, запряженную флегматичной крепкой кобылой. Из-за дома доносились два голоса: хриплый мужской, отдающий указания, и ломающийся мальчишеский. Вероятно, кузнец оставлял распоряжения подмастерью на время своего отсутствия.

– Эй! Хозяева! – крикнула я, стоя у калитки.

– Ну? – шагнул из-за угла здоровенный лысый мужик с суровым лицом.

– Менестрель я, хозяин, – улыбнулась я, втягиваясь в роль. – Мне одна птичка весть принесла на хвосте, что вы в город собрались. Не возьмете попутчика? Денег нет, – развела руками, – но оплатить дорогу смогу песнями да сказками.

– Кажется, той птичке пора хвост ощипать, – прищурившись, осмотрел меня кузнец. – Плащ распахни!

Я послушно откинула за спину полы плаща, позволяя осмотреть свой скромный наряд и невзрачный кинжал на поясе.

– Из благородных, что ли? – сделал свои выводы мой собеседник.

Непонятно, с чего такой вывод, но интересоваться я не стала.

Тут из-за дома высунулся примерно мой ровесник (в нынешнем обличье) с конопатой физиономией, встрепанной шевелюрой и блестящими от любопытства глазами.

– Из них, – продолжая улыбаться, призналась я. – Да только не всем благородным везет спать на перинах и есть с золотых тарелок.

– Сирота? – кивнув своим мыслям, спросил кузнец и, не глядя, отвесил легкий подзатыльник слишком высунувшемуся подмастерью.

– Ой! Дядька Жух! – воскликнул пацан, подмигнул мне и спрятался.

– Сирота, – подтвердила я, перестав улыбаться.

– А играешь на чем? Не вижу что-то у тебя струмента.

– Садись в телегу, сейчас выезжаем, – указав мне подбородком направление, скомандовал он. – Мо́тька! Уши оборву, если к моему возвращению не сделаешь, что велено, – заглянув за угол, рявкнул он.

Конопатый Мотька звонко заверил, что всё исполнит.

А как только кузнец направился к телеге, на которую я уже взгромоздилась, пока он не передумал, пацан снова высунулся и, весело скалясь, второй раз подмигнул мне.

Мы выехали со двора и неторопливо двинулись сначала по селению, а потом и за него выбрались.

– Есть хочешь? – только тогда заговорил невозмутимо правящий лошадкой мужик.

– Не откажусь. А вы что послушать хотите? Сказки или спеть вам что-нибудь?

– Спеть я и сам могу, – фыркнул он, не глядя на меня.