Такие пронзительно-синие глаза встретишь не каждый день. Он почти победил, и теперь желает от меня знака внимания?.. Что же ответить?..
- Красавчик ждет, леди Брук, - напомнила Брюна полушепотом, не забывая хихикать и стрелять глазами. - Не заставляй его изнывать, прояви снисхождение.
Мои цвета.
В гербе моего рода сочетались зелёный и серебро. Но тут же припомнились жестокие слова Мерейвы - «все считают, что ты умерла.». Имею ли я право назвать эти цвета, если семья предпочла позабыть обо мне, думать, как об умершей?.
.
- Леди Брук? - позвал меня рыцарь. Конь под ним забеспокоился, замотав мордой и перебирая ногами, рыцарю стоило усилий удержать его напротив королевской ложи.
Все зрители глазели жадно, с любопытством, с интересом, с завистью. Король наклонился вперед, чтобы видеть меня из-за придворных, стоявших возле его кресла, и только герцог даже не повернул головы в мою сторону. Он предоставил решать мне. Я была поражена этим не меньше, чем просьбой сэра Шауга. Или дракон рассчитывал на благоразумие рыцаря?.
.
Дракон... Перед моим мысленным взором возникло бушующее море, в котором купалось змееподобное чудовище. Серое море, тугое тело, облитое стальной чешуей."
"- Ты ответишь? - спросил вполголоса герцог, поворачиваясь ко мне.
Синие глаза не отпускали, но меня властно позвало нечто иное, чем очарование. Нечто иное, что гораздо сильнее, что может обрушиться, подобно морской волне, захлестнуть, унести. Я медленно обернулась к герцогу и посмотрела ему прямо в глаза.
С каких пор я смотрю в глаза дракону и не испытываю страха? Что этому причиной? То, что я слишком долго прожилая бок о бок с драконами и привыкла к их породе? Или то, что за это время герцог приручил меня, заставил думать, что рядом с ним безопасно? Пытается убедить, что он - добрый хозяин?
Глаза у него были серыми.
Странно, я уже и позабыла об этом. Мне все время казалось, что они темные, почти черные. Но нет - серые. Как северное море в непогоду. Как грозовые тучи, предвещающие бурю. И в этот самый момент меня словно ударило молнией -заставив содрогнуться всем телом, умереть и воскреснуть, заставив сердце пропустить удар, а потом застучать в два раза быстрее.
Только что я думала о море, а сейчас мне представился огонь. Он пожирал меня, не причиняя боли, окутывал, ласкался алыми языками пламени к коже.
- Серый и алый, сэр Шауг, - сказала я громко, не отрывая взгляда от герцога. - Мои цвета -серый и алый. Но прошу простить, мои ленты останутся при мне.
