- Куда ты его спрятала, отвечай, - потребовала она, обращаясь ко мне. - Этот наперсток -память о покойной матери леди Фредегонды. Отдай, и никто ни о чем не узнает.
- Вы уже рассказали о своих подозрениях всем, - возразила я, стараясь сохранять спокойствие. - Только ваши подозрения - лишь ваши подозрения. Я ни в чем не виновата.
- Она еще и дерзит мне! - возмутилась Ундиса, и я поняла, что не обвинение в краже какой-то ничтожной безделушки было ее целью. - Гудрид! Свона! Держите ее. Придется поговорить с ней по-другому.
Две крепкие служанки тут же схватили меня под локти. Я попробовала вырваться, но это было не легче, чем вырваться из лап дракона.
- Куда дела наперсток, воровка? - спросила Ундиса, подходя ко мне. - Говори или будет хуже.
Я промолчала и получила от нее две пощечины. Не столько больно, сколько унизительно.
- Молчишь? - Ундиса ударила меня еще несколько раз.
Щеки мои горели и от ударов, и от несправедливого обвинения. Судя по лицам служанок, многие были уверены, что я и правда обокрала мать дракона.
- Что ж, не хочешь говорить по-хорошему, - произнесла Унидиса, вытирая руки фартуком, будто запачкала их об меня, - заговоришь во время порки. Тащите ее в подвал.
Она рассчитала все правильно - я не знаю, где наперсток и буду молчать. Дракон появится лишь в воскресенье, после полудня. Кто заступится за меня?
- Дайте мне поговорить с леди Фредегондой, - потребовала я, упираясь, чтобы выиграть время. - Не верю, что она считает меня воровкой.
- Не стоит беспокоить леди по пустякам, - сладко ответила мне конкубина. - Лучше бы тебе признаться в краже, если не хочешь, чтобы с тебя три шкуры спустили. Милорду не понравятся рубцы на нежной коже. Мало кому из мужчин они нравятся. Так же, как и ожоги. Шрамы - украшение воинов, а шрамы на женщине вызывают лишь омерзение. Вдруг милорд разлюбит тебя? Будет обидно. Верно?
- Вы не посмеете!.. - я снова попыталась вырваться, но по приказу Ундисы служанки подхватили меня под плечи и под колени, вынесли из комнаты и потащили к лестнице.
- Куда это вы ее тащите?! - услышала я голос Брюны и возблагодарила небеса.
Дочь дракона взбегала по ступеням нам навстречу, и глаза у нее уже воинственно горели.
- Ты что это выдумала? - напустилась она на Ундису.- Отпустите ее немедленно!
- У вашей бабушки пропал серебряный наперсток, - объяснила Ундиса. - Кроме леди Мелхолы никто не мог его взять. Я провожу дознание и теперь хочу ее допросить.
