- И после года осады, когда в городе не осталось ничего съестного, и мужчины решали, что делать - сдать Холоферну город или бросить жребий, кому из горожан быть съеденными, -рассказывала я, сидя на постели, и Брюна и служанка, расположившаяся на лавочке для ног, в ужасе ахнули, - вперед вышла вдова Юдит. Она сказала: дайте мне три дня, и я обращу войско Холоферна в бегство.
Когда я закончила историю, Брюна долго молчала, переживая то, что сейчас услышала.
- Где ты об этом прочитала? - спросила она, наконец.
- Разве в монастырских библиотеках бывают такие книги?
- Эта история - часть Священного Писания, - сказала я. - Историю Юдит не читают во время службы, но церковь считает ее весьма полезной для народа.
- Наш преподобный Ирхард, наверное, так не считает, - сказала с досадой Брюна. - Он вечно бубнит какую-то скучнейшую чушь, от которой глаза слипаются. И он рассказывает не так, как ты... - она опять задумалась, глядя на черепаховый гребень, который я держала в руках.
Я знала, что рассказываю не совсем так, как написано в священной книге.
Потому что там был сухой пересказ, а для меня Юдит была живой - я видела ее в своей книге, которая иногда показывала мне не только будущее, но и прошлое. Я видела, как Юдит молилась и плакала, прежде чем решиться идти в стан врагов, чтобы убить военачальника. Видела, как она управляла своим поместьем после смерти мужа - твердо, справедливо, не терпя возражений, но поощряя добросовестных слуг. И как она шла наряженная, украшенная драгоценностями, с подведенными глазами и завитыми локонами по улицам осажденного города, и мужчины - злые, исхудавшие, черные от палящего солнца, утомленные войной -провожали ее горящими взглядами.
Но она не замечала этих взглядов. Она была выше их, она думала не о спасении себя, а о спасении города.
- Почему она не вышла замуж? - спросила Брюна. - Ты говорила, что многие хотели взять ее в жены, и она была красива, молода.
- Она любила покойного мужа и не хотела другого, - ответила я.
- Любила.
- тихо фыркнула Брюна. - Любить покойника. Глупо.
- У небес нет покойников, - сказала я наставительно, - для небес все - живые. И есть такие люди, которые любят один раз и навсегда.
- Не надо мне про таких, - поморщилась Брюна. - Это все вранье.
- Почему же? - возразила я. - Ведь твой отец так и не женился после смерти твоей матери.
- я назвала дочь дракона на «ты», но она этого даже не заметила.
- Зато завел себе гадюку в любовницы, - зло сказала она.
