После утренней службы дракон не появился, и я невольно высматривала Ундису - но она сновала по двору, присматривая за слугами, заходила в кухню и прачечную, и все было, как обычно. Я приготовилась рассказывать Брюне новую историю, но тут появилась горничная и передала, что леди Фредегонда срочно хочет меня видеть.
- Что такое стряслось? - возмутилась Брюна. - Бабуле все спокойно не живется!
Она приготовилась идти со мной, но горничная сказала, что леди Фредегонда настоятельно просила Брюну наведаться в кладовую, чтобы принести изюма, сушеных персиков и фиников.
- У нее служанки кончились, что ли? - возмутилась дочь дракона, но послушно отправилась в кладовую, а я последовала за служанкой.
Я ждала, что мы пойдем в покои леди Фредегонды, но вместо этого свернули в южное крыло и поднялись на второй этаж. Мать герцога ждала нас там, держа сложенную простынь.
- Держи, - она сунула простынь мне. - И иди за мной.
Служанка тут же исчезла, а я пошла за леди Фредегондой, прижимая к груди свежевыстиранную, пахнущую лавандовым мылом, ткань.
Когда мы поднялись на третий этаж, где располагались купальные комнаты драконьего семейства, я осмелилась спросить:
- Куда мы идем, госпожа?
- Мой сын принимает ванну,- ответила старуха. - Я буду его мыть, а ты - мне помогать.
Сердце мое словно рухнуло с неимоверной высоты. Я остановилась, как вкопанная, и старуха тоже остановилась, оглянувшись через плечо.
- Что такое? - спросила она высокомерно.
- Мне не хотелось бы идти туда, где моется ваш сын, - призналась я честно.
Светлые глаза леди Фредегонды превратились в два кусочка голубоватого льда.
- Решила построить из себя гордячку? - спросила она сквозь зубы. - Ты живешь здесь из милости моего сына, живешь, как королева, и не можешь даже помочь его дряхлой матери донести тяжесть?
- Не в этом дело, - начала я, - и простынь - совсем не тяжесть.
..
- Ты, наверное, вообразила о себе невесть что, леди Мелхола, - перебила меня старуха. - Я попросила тебя об услуге, невежливо отказываться.
- Госпожа. - опять попыталась объяснить я.
- Ни слова больше! - сердито приказала она. - Рассказываешь истории из Святого Писания, а сама не можешь проявить немного милосердия - я уже не говорю об уважении! - к матери своего благодетеля.
Я заколебалась, кусая губы.
