Я рвано вдыхала воздух, ощущая себя мышкой в руках льва. Глядя мне в глаза, мужчина медленно провел ладонью по моему бедру, переходя на внутреннюю сторону и мягко надавливая между ног.
Ток прошел по телу. Я сглотнула и даже не шелохнулась, услышав треск колготок. Следом Роман Давидович отвел полоску моих белых трусиков и коснулся нежных складочек. Стиснув зубы, я судорожно втянула воздух. А через секунду даже стук сердца затаился – он погрузился в меня пальцами, почти не ощущая никакого сопротивления. То есть я… была мокрой! Возбужденной и податливой, будто вновь оказалась под каким-то воздействием! Только обвинить в этом уже никого не могла, кроме себя.
16
Ладони ослабли, голова опустилась на сиденье. Я поплыла, уступила, отдалась на волю мужчине, и он словно почуял это на уровне инстинктов. Тут же толкнулся пальцами резче и глубже, выбивая из меня жалобный стон, заставляя сжаться от удовольствия. Затем еще раз и еще, окончательно отбирая контроль.
Я ощущала себя оголенным проводом, отмечая каждое мгновение происходящего.
Тяжесть мужского тела, жар, исходящий от него, запах, подпитывающий возбуждение, чистая выглаженная рубашка, за которую я цеплялась пальцами, мягкая борода, касающаяся моей кожи, когда язык Радова развел мои губы… Как он целовал, Боже. Чередуя страсть и нежность, подчиняя мою женскую сущность, вызывая желание отвечать, быть отзывчивой и покорной.
Послышался лязг ремня. Но находясь в сладком забвении, я даже не среагировала на этот звук. Поэтому не была готова, когда крупный твердый член вогнался в меня как раскаленное копье.
– Ах!
Кажется, мой вскрик вышел далеко за пределы джипа. Бешеный коктейль боли и удовольствия почти довел меня до оргазма! А последующие толчки – наверняка. Роман Давидович входил резво, неистово, до упора. Дернув вырез моей рубашки, он оголил мою грудь. Нетерпеливо сжал ее рукой, накрыл ртом затвердевший сосок, и я задрожала в сладких судорогах, издавая протяжные стоны.
Шумно дыша, генеральный вдруг отстранился.
Избавил меня от пальто, перевернул на живот и вынудил встать на колени. Не давая толком прийти в себя, он с низким рыком вошел сзади, одной рукой сжимая мою талию, а второй фиксируя шею.
Глухие хлопки, рваные вдохи, мои хриплые поскуливания, запотевшие стекла, пот на коже... В угаре возбуждения я настолько терялась, что не осознавала, где нахожусь. И не до конца верила, что все происходит в реальности. Но ничего не анализировала – для мыслей просто не было места.
